Сказка на ночь для дракона

— Гар, что это за чудище? Я не помню, чтобы в прошлый раз в этом мире мы встречали такое. И я чувствую от него какую-то странную магию.

Мужчина обнял дрожащую женщину:

— В прошлый раз мы оказались здесь ночью, когда эти твари спят. Это Саранх, мир пауков и ракообразных. Большинство из них на редкость ядовиты и лучше держаться от них подальше. Но этот мир хорош тем, что ночью он практически безопасен. По крайней мере для нас с тобой, Нати.

Женщина улыбнулась:

— Ты сто лет не называл меня так.

— Не сто, а всего двадцать с небольшим.

Они помолчали.

— Как ты жил эти годы, Гар? — осторожно спросила женщина, старательно пытаясь скрыть волнение. Близость этого мужчины опять действовала на нее, как это было тридцать лет назад, когда она в первый раз увидела его. Тогда ее отец устраивал прием по поводу помолвки своей старшей дочери Ранидари и пригласил всех самых важных персон из соседних государств.

Это был ее первый официальный бал, и юная Ренатания чуть не свела с ума мамину модистку, заставив трижды полностью переделать платье, пока не получилось именно то, что она хотела.

А за час до бала Жемчужинка, ее старенькая собачка, съела кусок ленты, найденной на полу, и начала дико кашлять и задыхаться.

Как была в корсете и тонком пеньюаре, Нат подхватила ее на руки и выскочила из своей комнаты, собираясь помчаться в крыло к целителям. Выскочила, и тут же с размаху врезалась в высокую фигуру, покачнувшуюся от удара.

Мужчина, в отличие от нее самой, сумел устоять на ногах и даже поймал Жемчужинку, вылетевшую из рук своей хозяйки, шлепнувшейся на попу посреди коридора.

— Куда же вы так спешите, красавица?

Голос низкий, чуть рычащий, какой-то обволакивающий, заставил Нати затаить дыхание. Она медленно подняла лицо и уперлась взглядом в смеющиеся глаза медового цвета. Да так и застыла, чувствуя, как ее закручивает, затягивает в омут его взгляда, лишая дыхания и не оставляя никакой возможности выбраться на поверхность.

Жемчужинка на руках мужчины снова закашлялась. Он перевернул собачку животиком вверх и дунул ей в мордочку. Сделав несколько пассов свободной рукой, аккуратно достал из пасти длинный пожеванный кусок голубой ленты.

— Ну вот, ваша подружка в порядке. — произнес, спуская собачку на пол. И, вопросительно подняв черную бровь, поинтересовался у глазеющей на него девушки: — А вы не желаете подняться, леди?

Перед ее носом оказалась широкая ладонь и голос, от которого слабость так и продолжала растекаться по телу, предложил:

— Прошу вас, красавица, на полу сквозняки, вы можете простудить свою… хм… поясницу."

"Как завороженная она взялась за его руку и тут же оказалась стоящей на ногах и прижатой к его груди, вдыхая аромат хвойного леса, смешанного с пряными травами.