Сказка для серьезного мальчика

Неужели силой столько лет девчонку держал?…

Даже бытовые преступления высших чинов так или иначе разбирает наше ведомство. Для ментов они неприкасаемые. Но подобных дел на моём веку не было. Убийства были, нанесение тяжких повреждений прислуге, превышение полномочий — сплошь и рядом, нарушение информационной безопасности… Сексуальное рабство — первый раз!

И на каком коне подъехать к этому вопросу я не представляю! Как минимум заявление должно быть от жертвы. Да и если сверху будет команда замять — придется замять. Ему по макушке вышестоящие настучат, может и погоны полетят, а скандала такого вряд ли допустят.

Чувствую я — провальный заход к «генералу» с этой темой. Она сказала — «убийца». Деда имела в виду или нет?

Одни вопросы!"

"Отдаю брату отчет, оставляю распоряжения для своего небольшого отдела по текущим делам и звоню дядьке. Но он занят и отправляет меня к своему человеку, который занимается личными делами высшего руководящего состава.

— Зольников Андрей, — тяну я ему руку.

По званиям мы равны, да и в кабинетах без особого пафоса принято.

— Однофамилец? — взлетают его брови.

— Почти, — с ухмылкой уклоняюсь я от прямого ответа.

Стараемся слишком не афишировать. Понятное дело, что некоторые знают…

— Ясно! Смирнов Дмитрий.

— Человека мне надо найти из высшего состава.

— Звание, фамилию, фотку.

— Ничего нет. Ориентировочно — генерал. Не из самых верхних. Внешность азиатская. Лет сорок пять.

— Молодой…

— Да. А еще, лет пять назад состоял он на службе одного генерала, которого на пенсию отправили и он застрелился.

— О! Так знаю я эту историю. Погоди-ка.

Приносит несколько папок. Все документы у нас обязательно дублируются в натуральном виде. Поэтому, под личные дела выделен отдельный зал.

— Вот он — генерал-подполковник Феоктистов. Тот, который якобы застрелился. Я в этот отдел как раз с этого личного дела и сел, сам его собирал. Поэтому, хорошо помню. А вот его зам, который потом должность его занял. Генерал-майор Мансуров Рустам Сабитович.

— Якобы?

— Дело там было мутное. Стреляться генералу смысла не было. Морально он был устойчивый. Пенсии не боялся. Купил накануне недвижимость на черном море. Внучка у него к тому же была на попечении.

— Варвара.

— Не помню имени. Вот. Да. Варвара Феоктистова. И вот неожиданно… В доме гости были и девочка тоже. В том числе и Мансуров этот. Выстрел в голову из еще не сданного табельного.

Даже банкет не отгулял по выходу на пенсию.

— А что этот Мансуров там делал?

— Этого я не знаю.

— А с Варварой что?

— С внучкой. Так сирота она была. Несовершеннолетняя еще. В интернат уже не положено — семнадцать. И оказалось, что по документам Феоктистов опекуном ей назначил Мансурова, в случае чего. До двадцати одного года. И всю собственность в его распоряжение.