Скажи, что любишь (СИ)

И хотя Нина Ивановна, вернувшаяся со спа-курорта с новыми силами и сияющей кожей, рвется в бой, я прошу Смолина придержать ее. Она неплохая, но слишком деятельная, а у меня в последнее время плохо с терпением, и уж точно нет потребности в советах и попытках со стороны навязать мне как «надо» и «правильно». Не хочу ругаться, поэтому проще держаться на расстоянии, присылая кружочки в мессенджерах.

Старший Смолин тоже рвется увидеть внучку.

Мой наоборот морозится. Звонит, скупо спрашивая, как у нас дела, не нужна ли материальная помощь. На самом деле он ждет, что я упаду на колени, начну извиняться за все, что можно и нельзя, и буду слезно умолять его придти в гости. Чтобы он как царь, снисходительно ответил «может быть, если появится свободное время»

До него никак не дойдет, что упрашивать я никого не собираюсь. Да и извиняться мне не за что.

Но после двух недель, приходится все-таки устроить день открытых дверей.

— Выбирай, когда тебе удобно, — говорит Смолин, — я организую. Привезу, увезу и все остальное.

— Мне все равно, — я жму плечами. Бесконечно прятаться не удастся, пора знакомить Кроху с родственниками, — ты, главное, сам приходи, а то я с ума с ними сойду.

Говорю и тут же замолкаю, запоздало сообразив, как это прозвучало. Я только, что добровольно призналась, что мне без него тяжело.

Смолин моментально ловит меня на прицел светло-голубых глаз, а у меня пульс обрывается и в горле становится сухо, как в пустыне.

— Если неудобно – я пойму, — иду на попятный, не зная, куда прятаться от пронизывающего взгляда, — как-нибудь сама…

— Я приду.

На этом разговор заканчивается, но я точно знаю, что он сдержит слово.

Гости приходят в четверг. Специально выбираю день в середине недели, чтобы избежать затяжных посиделок. Ребенок маленький, нечего тут вокруг него бациллы всякие разбрасывать.

Первыми приходят Смолинские родители – с огромными коробками и пакетами, а спустя десять минут появляется мой отец. Без пакетов и коробок, но с лаконичным конвертом, в котором хрустят купюры:

— Мне некогда по магазинам бегать. Сама купишь, что надо, — произносит с таким видом, будто как минимум соболиные меха с царского плеча пожаловал."

"Меня коробит, но конверт забираю и скупо благодарю за «душевный подарок». Раньше мне нужна была его поддержка, но оставшись в трудный момент наедине со своими проблемами и суровым отцовским «терпи, так надо», я поняла, что ничего мне от него не надо. Не знаю сколько денег в конверте, мне не интересно. Я просто убираю их на полку, чтобы потом закинуть на Ксюхин счет. Сама потратит, когда подрастет. На мороженое.

Нина Ивановна сюсюкает над внучкой, даже слезу пускает и, конечно же, не может удержаться от советов

— Почему она у вас в ползунках? Надо пеленать, а то ноги будут кривые.