Скажи, что любишь

Зато Хаверстон он воспринимал именно так.

Ему казалось, что подобное чувство испытывали все его дяди — Эдвард, Джеймс и Энтони, как и Дерек, выросшие в Хаверстоне. Здесь же воспитывалась его двоюродная сестра Регина, которую перевезли в Хаверстон после смерти родителей. Они росли вместе. Регги была всего на четыре года его младше, и он относился к ней, как к родной сестре.

Домой Дерек добрался к полуночи. Чтобы ускорить поездку, он решил не связываться с экипажем и взял лошадь с конюшни. Чертовски хотелось разбудить папашу и поинтересоваться, ради чего он его вызвал. Однако испуганный вид открывшего двери лакея заставил молодого лорда передумать. Дерек отправился в свою комнату дожидаться утра.

По здравом размышлении выходило, что это самое верное решение. В конце концов если отец вызвал Дерека, чтобы обрушить крышу на голову сына, неумно будить его среди ночи, тем самым утяжеляя груз. К тому же Дерек последнее время не числил за собой серьезных грехов. По правде говоря, он не видел ни одного повода для срочного вызова.

Правда, Джейсон Мэлори и не нуждался в особых причинах для того, чтобы пригласить к себе кого-либо из членов семьи. Он являлся старейшим из всех Мэлори, главой семейства. Именно он решал, кому и где следует собраться. Он вызывал людей к себе независимо от того, хотелось ли ему просто поболтать, обменяться новостями… или обрушить на кого-то крышу. То, что у Дерека могли быть свои планы, как, например, провести время с очаровательной красавицей, никого не волновало.

Итак, Дерек решил ждать утра. Как бы то ни было, с самого рассвета он к отцу не явился. Случилось так, что первой ему попалась Молли, в чем не было ничего необычного. Молли всегда знала заранее о его визитах и всегда находила повод поприветствовать молодого хозяина. Это успело войти в традицию, и если бы она его не встретила, Дерек посчитал бы это странным.

Молли Флетчер была привлекательной женщиной средних лет с пепельно-светлыми волосами и огромными карими глазами. Начав с простой служанки, она поднялась на высшую ступеньку в иерархии домашней прислуги и стала домоправительницей. Эту должность Молли занимала уже почти двадцать лет. Она упорно работала над собой, избавляясь от ужасного выговора лондонских предместий, который Дерек слышал от нее, когда был совсем ребенком. С годами Молли приобрела спокойную стать, сделавшую бы честь любому святому.

Подобно остальным женщинам в доме, начиная от поварихи и кончая прачкой, Молли относилась к Дереку и Регги с материнской заботой, давая им советы, предупреждения, а то и взбучку, как того требовал случай.

Разумеется, в основе подобного отношения лежало сочувствие, ведь у детей не было матери, в которой они так нуждались.