Сказание о Старом Урале

Словно вехи, оставались в нужных местах опорные сторожевые крепости, заслоны, острожки.

Постепенно водная дорога с короткими волоками была разведана и подготовлена. Но знали о ней в чусовских городках только самые верные люди, такие, как Досифей, Голованов, а более всех – охотник Спиря Сорокин.

Про тайные строгановские приготовления проведали кучумские ханы. Кое-что им доносили язычники-вогулы, уходившие с Чусовой. Военачальники Кучума старались исподволь мелкими набегами уничтожать новые строгановские городки, сознавая неизбежность решительных схваток в недалеком будущем.

Кучум, непримиримый враг русских, готовился наносить им новые удары, вытесняя с подступов к своим владениям. Семен Строганов стремился к единоборству с Кучумом ради чести и обогащения рода, прославленного уже на Руси. Он готовился к походу тщательно: с особыми предосторожностями везли из Москвы огнестрельное оружие; шел набор в ратные дружины; десятки лазутчиков тайком уходили в Сибирское царство и слали оттуда донесения Семену и Максиму.

2"

"В годы, когда Строгановы готовились к войне с Кучумом, на вольных просторах Волги звучали казачьи песни и разбойный посвист. Ватаги лихих вольных людей со смелыми атаманами грабили без разбора и турецких, и персидских, и татарских купцов, а заодно и русские торговые караваны, и даже струги с царской казной.

Появилась удалая вольница с Руси на Волге и Дону еще при татарах, когда ослабла былая мощь Золотой орды: привольные ковыльные степи манили к себе русских людей, не боявшихся опасных соседей – татар и турок. Пришельцы, удалые головы, более склонные к опасностям походной жизни, чем к мирным промыслам, собирались здесь в воинские казацкие братства, готовые отстаивать свою вольность и независимость, но вместе с тем и готовые служить матери-родине защитой от внешних врагов.

Удалые казаки не порывали кровных связей с Русью, не забывали дедовских обычаев и подчас даже именовали себя государевыми людьми, вольными людьми, хотя никаким властям, кроме своих выборных казачьих атаманов, не подчинялись.

На татар казаки нападали так дерзко, что ханы частенько жаловались в Москву, упрекая царя в потакании разбойникам.

В ответ ханские посланцы всегда слышали одни и те же уклончивые отговорки: дескать, степь велика – царю за казаками и вольницей смотреть не можно! Втайне же Московская Русь поощряла свою вольницу держать в страхе и Казань и Астрахань. Чем смелей становился разгул вольницы, тем больше легенд и преданий ходило на Руси про казацкую удаль на Волге и Дону. Влекли они к себе все новые забубенные головушки, и не без их помощи скидывала Русь ярмо татарского ига в XV веке, завоевывала Казанское и Астраханское ханства в XVI.