Сказание о Старом Урале

– До твоей милости пришла, хозяин!

– Встань! Прощения просишь? Стало быть, неладное сотворила?

Девушка растерянно глядела на Строганова.

– Чего молчишь? Сказывай, в чем беда?

– Не признаешь меня, хозяин?

– И то не признаю! Кто такая?

– Анютка я. При батюшке твоем в избе его жила.

– Быть не может! Анюта? Экая ты стала красавица! Чего же ты застеснялась, зачем на колени пала? Подойди ко мне скорей, я за батюшку в долгу перед тобою!

Анюта, смущаясь от похвалы, подошла. Строганов смотрел на нее ласково.

– Скинь платок. Славная какая! Все теперь вспомнил. Значит, и ты про наказ мой не позабыла?

– Разве можно? Вот и явилась.

– Выглядела суженого? Эй, парень! Иди сюда!

Рослый молодец подошел и стал рядом с Анютой."

"– Не плох молодец!

– Благослови, хозяин.

– С радостью. Приданое, как обещал тебе, облажу. Первенца, если будет охота, в честь батюшки моего нареките. Завтра под вечер наведайся ко мне. Кем, паренек, на Каме маячишь?

– Плотоводом у Строгановых сызмала, зовусь Захар Меткин.

– Родом откуда?

– По отцу вологодский, а уродился на твоих вишерских землях.

– Камский, стало быть? Береги Анюту! Душу ее лаской согревай. Она старость отца моего сторожила, заботой его берегла и за это, как родная, мне стала.

– О сем не тревожься, хозяин. Захарушка меня не обидит, – вступилась за жениха Анютка.

– Смотри! Чтобы твоей слезе, Анюта, жемчужиной на дне глубоком не обернуться!

Анюта опять смутилась.

– Неужели помнишь, как в конкорской избе девчонкой несмышленой забавлялась?

– Все помню, милая. На доброе моя память крепка. Но и обид не забываю. Когда на Чусовую приплыли?

– Сегодня, только светать стало.

– Со страхом по Каме плыли?

– Захарушка на ней бывалый, да и сама я непужливая.

– Ишь ты, храбрая какая! Вогулов видали?

– Приходилось. Только они на берегах, а мы на воде.

– А ты востра на язык! Ладно! Завтра под вечер свидимся. Ступайте, городок оглядите.

– Благодарствуем, хозяин!

Анютка и Захар поклонились в пояс и пошли по улице. Анна Муравина посмотрела им вслед.

– Радостные какие! А все оттого, что счастье нашли друг в друге. Вот и весь божий мир ихним стал.

3

Над Чусовой поднялась полная луна. Видно все, почти как днем, только свет синеватый и серебристый. Выстлала лунная ночь чусовские земли серебряной парчой, накидала повсюду синие полосы теней, а на воде реки пустила блестки, будто к празднику вырядила...

Час уже неранний, в городке тихо. Слышно, как дозорные ходят и переговариваются на стенах, где-нибудь тявкнет собака, прозвучит отголосок запоздалой песни – это либо голь кабацкая хмелем тешится, либо артель издалека воротилась.

Семен и Анна покинули воеводскую избу, кривыми улочками утихшего городка прошли к холму и поднялись на его вершину.