Наследие Скарлатти

Оперируешь крупными суммами, но мыслишь категориями малыми… Представь себе, что по мраморным залам Берна и Цюриха проносится слух, будто за конфиденциальную информацию можно получить миллион долларов, американских долларов…

– И что бы это тебе дало?

– Информацию! Я узнала бы имена!

– Да это же просто смешно!

– Смеяться вам пришлось бы недолго!.. Ясно, что у вас есть союзники, вы нуждаетесь в них. И вы, я уверена, хорошо им платите… Вопрос в другом: как скоро они мне станут известны? Способны ли они устоять перед моей ценой? Ясно, что ты никогда не сможешь со мной в этом конкурировать. Тут уж я за ценой не постою!

Самодовольная ухмылка исчезла с его лица, он разразился каким-то натужным, похожим на клекот, смехом.

– Я годы ждал, чтобы сказать тебе, что все твои теории смердят! Твоим вонючим манипуляциям «куплю-продам» пришел конец! Вы прошли свой путь! Все кончено! Все мертво! Все сгинуло!.. Кто ты такая, чтобы манипулировать? Ах, эти твои раболепствующие банкиры? Эти твои вонючие мелкие жиды! Всем вам крышка! Я наблюдал за вами! Ваше время прошло. Что же касается моих союзников, то они вам не чета! Им нет никакого дела ни до вас, ни до ваших денег! – Человек в черном был вне себя от ярости.

– Ты так уверен в этом? – спокойно спросила Элизабет.

– Совершенно! – Незалеченная кожа на лице Алстера Скарлетта покраснела от прилива крови. – У нас иная шкала ценностей. И вы не подступитесь к нам. Ни к кому из нас! Нас купить невозможно, мы неподкупны.

– Тем не менее имей в виду: я могу принять свои меры. Очень суровые меры. Ты желаешь сыграть со мной эту партию?

– Тем самым ты подпишешь одиннадцать смертных приговоров! Ты этого хочешь, мама?

Человек с лицом-маской выдержал паузу и медленно, чеканя слова, сказал:

– Ты мне не ровня. Да, запомни: рядом с нами ты – ничто.

– Что случилось, Алстер? Что?.. Почему?

– На то, что делаю я, никто из вас не способен! Что вы все? Ничтожество!

– А если бы я… мы… захотели присоединиться к вам?

– Отказавшись от всего? Да вы слабаки!

Раздался пронзительный звонок телефона.

– Не трудись, – сказал Алстер. – Это мне. Меня предупреждают, что моя жена-потаскушка и ее последний любовник вышли из «Клариджа».

– Следовательно, нашу встречу можно считать законченной.

К великой своей радости, она отметила, что он не возражает. Она понимала, что в нынешнем его состоянии он очень опасен, как всякий истерик. Верхнее правое веко дрожало от нервного тика, он вновь выставил перед собой по-паучьи скрюченные пальцы рук.

– Помни, что я сказал. Ты совершишь роковую ошибку…

Она не дала ему договорить:

– Помни, кто я! Ты разговариваешь с женой Джованни Скарлатти! Ты получил, что хотел. Можешь продолжать свой грязный бизнес.