Скандальный

Он даже не удостоил меня взглядом, водя пальцем по клавиатуре.

Камила вытерла рот Луны салфеткой и разрядила напряженную обстановку фразами вроде «важно мыть руки» и «хочешь десерт?».

– Очевидно же, что сейчас ей комфортнее объясняться при помощи рук, – упрямо продолжила я, отправив в рот еще кусочек мяса. – Зачем усложнять ей жизнь? Ты сам сказал, что она умеет говорить. Заговорит, когда захочет. А пока можно предоставить ей еще один способ выражать свои мысли.

Он посмотрел на меня напряженным взглядом и снова уткнулся в телефон.

– Я попрошу Рину найти преподавателя по языку жестов, – сказал он к моему большому удивлению.

– Тебе его тоже нужно будет выучить, – заметила я.

Ему это не понравилось. Было очевидно по ледяному взгляду, которым он меня одарил, когда отложил телефон. Он даже не притронулся к своей курице с пармезаном, и я чуть не поддалась желанию спросить, можно ли забрать ее с собой.

– Ты закончила учить меня, как мне воспитывать дочь?

– Не совсем. И сомневаюсь, что манера, в которой ты разговариваешь со мной, да и со всеми остальными, раз уж на то пошло, идет ей на пользу.

Растущий список раздражавших меня в Тренте Рексроте моментов пополнился еще одним фактом. Он часто вел себя так, будто его дочь не присутствовала при разговоре, хотя было очевидно: Луна понимала все, что он говорил. Выражение ее лица менялось в ответ на каждое его слово.

Он пропустил мои слова мимо ушей и, встав из-за стола, направился к хостес, чтобы оплатить счет. Официантка флиртовала с ним, игриво перебирая свои волосы и громко смеясь над его словами, хотя Трент был самым не смешным из всех парней, которых я встречала за всю мою жизнь. Скорее наоборот, он смог бы одним своим взглядом заставить меня расплакаться, если бы постарался. Он не ответил на ее заигрывания, не улыбнулся, даже не выглядел заинтересованным, но когда девушка на миг отвернулась, чтобы провести его карту через терминал, он закатил глаза и ехидно усмехнулся. По крайней мере, теперь мне было не так совестно из-за кражи айпада.

По пути обратно в офис мы с Трентом шли бок о бок по запруженной улице, а Луна с Камилой брели следом.

– Мне кажется, ты очень критично относишься к моему стилю воспитания.

Меня рассмешило его замечание."

"– Ах, у тебя есть стиль воспитания? Не заметила. За ланчем ты явно сохранил свое паршивое поведение, которым щеголяешь в офисе как знаком отличия. Нас с Камилой ты едва удостоил взглядом. Думаешь, твоя дочь не видит, что ты только с ней общаешься по-человечески?

– Эди, – предостерег он.

От звука его голоса по спине побежали мурашки, и я постаралась подавить улыбку. Мы снова взялись за свое. Игру в кошки-мышки. Но я была не просто мышкой. Он был Томом, а я Джерри.