Скандальный

Ее отец выбрал карьеру и деньги вместо семьи, потому она ненавидела и деньги и отца – то, что разрушило ее жизнь.

– Ага, – она опустила руки на бедра и понурила голову. – Люди делают глупости ради денег. Богатство пожирает нравственные качества и вынуждает терять из виду то, что действительно важно.

– Не всегда, – возразил я."

"У меня не возникало такого чувства. Возможно, потому, что, родившись в небогатой семье, я всегда знал, что можно и нужно выжить и без денег. Но мне нравилась моя жизнь состоятельного мужчины. Просто не до такой степени, чтобы мог отказаться от всего, что поддерживало во мне жизнь. Моей дочери, родителей и друзей. Я бы, и глазом не моргнув, потратил каждый доллар, отдал бы все свои деньги, лишь бы Луна обрела голос. Эди подняла взгляд и ответила мне усталой улыбкой.

– Ты хороший человек, Трент.

В этом я сомневался, но мысль о том, что я должен быть хорошим, пусть даже только ради нее, крепко мной завладела.

Мы просидели там еще полчаса, а потом я вышел взять нам сэндвичей в ближайшей забегаловке. Мы поели, сидя на влажных, покрытых каплями скамейках возле больницы, а потом вернулись в приемную на четвертом этаже. Эди, словно ребенок, жевала ворот майки и смотрела в окно. С тех пор, как я приехал, она уже дважды пыталась дозвониться до отца. Он так и не взял трубку.

– Тебе, наверное, пора идти. Уже очень поздно, и Луна будет волноваться. К тому же непохоже, что я смогу уйти в ближайшее время, так что…

– Я останусь, – я отмел ее волнения.

Не потому, что поступить так было человечно, ведь к черту эту человечность, а потому, что она была здесь одна, и я, как эгоист, хотел, чтобы она была со мной. Неважно как. Даже в таких обстоятельствах.

– Тебе правда не следует этого делать.

Она отпустила намокший ворот майки и прикусила губу. Мы встретились взглядом.

– Я знаю.

Эди опустила голову мне на плечо и разрыдалась. И я дал ей выплакаться.

Даже когда она заснула у меня на руках, я не мог пошевелиться, а дождался, пока ее тихое сопение коснется моих ушей.

Потом я тихонько отнес ее в палату матери и уложил на диван рядом с больничной койкой. Свет все еще горел. Они обе были слишком измотаны, чтобы обращать на него внимание. Я перевел взгляд с одной на другую. Они были очень похожи, и все же совершенно разные.

Той ночью я слишком долго смотрел на Эди.

Той ночью я изменился.

Той ночью я ничего не взял у Эди Ван Дер Зи. А впервые за многие годы отдал какую-то часть себя. И что хуже всего – мне никогда не вернуть ее назад.

Она принадлежала ей.

Навсегда.

Глава 25

Эди

У группы A Great Big World есть песня «Say Something».