Скандальный

Возбужденные соски выступали через ткань, так и моля, чтобы их облизывали, сосали и кусали. У нее были маленькие, даже чертовски крошечные сиськи, и от мысли о том, как я сжимаю их в своих больших ладонях, у меня напряглись яйца, потому что мне точно будет мало, я всегда буду жаждать ее еще больше.

– Дело не столько во власти, сколько в силе. Почему же мне не желать быть сильной? Разве не к этому все стремятся?

Эди наклонила голову и зажала сигарету между пальцами, чтобы затянуться. Я позволил ей. Позволил восемнадцатилетней девчонке курить, сидеть у меня на коленях и тереться об меня мокрой промежностью через джинсы. Я уже целую вечность не удостаивал женщин вниманием и никогда не занимался ничем противозаконным с цыпочкой, которая пребывала на грани между недавним совершеннолетием и состоянием а-ля «чертовски горяча и стою того, чтобы ты себя возненавидел».

Но Эди не была цыпочкой.

Она была моей погибелью.

Девушка выдохнула струйку дыма прямо мне в лицо, и я воспользовался возможностью забрать сигарету из ее руки и отложить ее в пепельницу. Сорвав с Эди майку, я бросил ее на пол и впервые насладился видом ее голой груди. Ее соски были как две розовые монеты. Эди задрожала от удовольствия, когда я обхватил одну из них ладонью и смял округлую плоть пальцами, глядя на нее, как голодная собака.

– Если хочешь быть сильной, будь ей, – прошептал я.

– Тебе легко говорить.

Она подставила грудь к моему лицу, напрочь лишившись самообладания. Придерживая ее спину рукой и водя пальцами по ребрам в легчайшем прикосновении, я взял ее сосок в рот и с жадностью его засосал. А когда слегка прикусил, то почувствовал, что она стала отодвигать грудь подальше, но начала сильнее тереться о мой член. Почувствовав, что вокруг соска побежали мурашки, я остановился и пососал его, чтобы унять боль, и Эди застонала громче.

Вот так, детка. Боль и удовольствие. Играют заодно, но не дружно.

– Ага, я везучий засранец, – фыркнул я, проведя большим пальцем по раскрасневшемуся соску. – Ходил в старшую школу с самыми богатыми детьми в штате, а у самого не было денег даже на футбольное снаряжение. После учебы работал на двух чертовых работах, чтобы купить все необходимое на следующий учебный год. Был плейбоем, хорошим партнером для секса без обязательств, с которым никто в городе не вступал в серьезные отношения, потому что я был бедным и наполовину черным. А еще потому, что я был стереотипным парнем, с которым хотят водить дружбу, но не заводить семью. Ты права. Невзгоды мне неведомы.

Я шлепнул ее по груди, не слишком сильно, но и не нежно. Эди вздрогнула и, схватив меня за голову, притянула к себе. Мы таяли друг в друге, и было чертовски опасно заниматься всем этим в гостиной, куда легко могла зайти Луна.