Скандальная измена (СИ)

Он еще ничего не сказал, а у меня уже на сердце тревога.

Позволяю снять себя с колен и вернуть на пассажирское. Уже тут поправляю одежду окончательно. Игорь – на себе.

Жмет на старт, ведет ладонью по волосам.

На языке крутится куча вопросов и слов, но я интуитивно чувствую, что лучше молчать. Мы выезжаем с парковки, Игорь жмет на газ.

Когда концентрация горечи во рту и отчаянья на душе достигают допустимого предела, я все же не сдерживаюсь. Повернув голову, спрашиваю:

– Дай угадаю… Ты настраиваешься сказать, что это ничего не меняет…"

"Воздух в машине звенит, по-прежнему пахнет нашей близостью, но в него снова вернулось напряжение. По коже пробегаются разряды тока. Игорь хмурится. Его скулы каменеют. Мне так обидно, что хочется скулить.

Успеваю отвернуться к окну прежде, чем он произносит до слез обидное:

– Будем считать это прощальным сексом. Спасибо, Агата. Было хорошо.

Глава 17

Даже в такой ситуации Игорь не забывает куда именно меня нужно отвезти. Не по обычному накатанному маршруту, а туда, где находится наша прошлая квартира.

Я ухожу не попрощавшись. Просто открываю дверцу автомобиля и выскальзываю из салона. Иду, выпрямив спину, не оборачиваясь. Внизу живота еще разливается знакомое тепло. Внутри груди – боль и горечь. Из глаз скатываются слезы. Теперь их никто не увидит.

Ощущаю себя использованной, хотя сама виновата.

Есть ли этому предел и смогу ли я когда-то разлюбить Игоря Серебрянского, начав жизнь заново?

Предложение Артура уехать с ним в Италию уже не кажется мне такой безумной. Нас будут разделать тысячи километров и я не смогу видеть его в компании других женщин. Не буду гадать с кем он ночь проведет.

Мне действительно плохо. Так плохо, что не передать словами. Наверное, это впервые, когда я поняла наконец-то насколько серьезная и безнадежная вся эта ситуация. И хуже всего я не понимаю кого винить во всем: Леона и репортеров, конкурентов Игоря, либо самого Игоря?

Прохожу в квартиру, стягиваю с себя слишком короткое платье и сразу в душ иду. Но рука на кране замирает. На теле все еще запах Игоря чувствуется, его прикосновения. Если смою все, то потеряю. Прикрываю веки, злюсь на себя. Ему плевать, Агата, как ты понять не можешь? Он с другой весь вечер был, а ты кайфуешь от того, что тело им пахнет, что шея от поцелуев горит.

Включаю горячую воду, беру в руки мочалку и натираю кожу до красноты. Слезы из глаз текут, я уже не сдерживаюсь, громко всхлипываю, сползаю по стенке на кафель и сижу так, обняв колени, пока не заканчивается горячая вода и на меня не начинает литься холодная.

Вырубаюсь быстро. А на следующий день меня снова начинают разъедать изнутри мысли.

Доходит до того, что я превращаюсь в параноика. В ревнивую жену, которая подозревает мужа в изменах на каждом шагу.