Скандальная история старой девы

– Я велел тебе слушать, что я говорю, и подчиняться, но ты отослала вещи, которые помогли бы тебе жить. Значит, будешь наказана.

– Жду с нетерпением, – бурчу я себе под нос.

– И даже не спросишь какое наказание?

– Опять бумажки?

– Скоро состоится обряд венчания на княжество согласно местным традициям. Будешь прислуживать мне в этот день. В том числе и за вечерним пиром.

Сначала я не понимаю, к чему это всё. Но вдруг обрывочные воспоминания Анны возникают в голове, приводя меня в ярость. До меня доходит, что за унижение Норд приготовил для меня.

Это ведь одна из местных традиций. Он хочет прилюдно опозорить меня!

Я поднимаю на дракона разгневанный взгляд:

– Это уже переходит все границы! Во-первых, у меня были планы. Есения – моя соседка – пригласила меня погулять. Во-вторых, пусть меня и лишили прав, отправив сюда, но позорить себя не позволю. Прислуживать будущему князю в этот день может только жена, или любовница! Все подумают, что мы…

Я возмущённо замолкаю, глядя, как на лице дракона появляется едва заметная усмешка.

– Все и так знают, что было между нами, Анна.

– Ключевое слово – было! Сейчас ничего нет. И я не желаю подвергаться ещё одному позору.

Рагнар вдруг ставит кружку на стол и подходит ко мне. Я вся сжимаюсь, не зная, чего от него ждать.

– Будет, как я скажу, – отрезает Норд. – Другая на твоём месте была бы рада такой чести.

– Так выбери другую.

– Признаю, твой дикий нрав мне по душе. Ты единственная, кто осмеливается мне перечить. Но тебе стоит понимать, что иногда нужно вовремя остановиться.

Я делаю первый глоток чая, не желая отвечать.

В голове бьётся мысль, что не смогу ничего изменить в своей жизни. Раз Норд задумал прилюдное наказание, мне его не переубедить.

Внутренний голос шепчет, что лучше было бы принять драконьи дары, они здорово облегчили бы мне быт, и позора бы избежала. Но всё равно бы прослыла содержанкой, а моя репутация должна быть безупречной, если я хочу стать наставницей. Но как её сохранить, если Норд выставит меня любовницей? Я в ловушке.

– Ты находишь в этом своё извращённое удовольствие. Не так ли? – встречаюсь с зелёными глазами, похожими на омуты. – Так ты мстишь мне за всё, что было. Не надоело?

– Боюсь, мне никогда не надоест, Анна, – уголки губ Рагнара медленно изгибаются в усмешке – волчьей, хищной, лишённой всякой теплоты. – Но ты можешь всё исправить.

Я опускаю глаза. Сегодняшнее навязчивое внимание и подобие дружелюбия Рагнара лишь маска. Мне не стоит задавать вопрос, который вертится на кончике языка. Это ловушка. Но слова почему-то сами вылетают изо рта:

– И как исправить?

– Просто ответь, ты попала в это тело после того, как Анна мне изменила? Или до?

Вопрос – как удар под дых. Я ведь уже расслабилась, решила, что Рагнар удовлетворился моими объяснениями.