Скандал ей к лицу

Смошенничал. Довел его до разорения... имения его были так обременены долгами, что он сомневался, что сможет когда-нибудь их выкупить, и особенно унизительно было то, что Уиндем мог в любой момент, когда ему в голову взбредет, потребовать уплаты по всем долговым распискам.

С горечью Тиндейл признался себе, что если б не вынудил Рауля пригласить его в Стоунгейт, то оказался бы в полном тупике. Положение его было настолько плохо, что он не осмеливался показаться в собственном поместье: кровососы-заимодавцы, наверное, уже стучатся в двери, осадив входы и выходы дома его предков. Женитьба на Нелл изменила бы ситуацию, и когда Тиндейл размышлял о последних событиях, злоба и ненависть к Уиндему жгли ему душу. Будь проклят Уиндем! Проклят во веки веков!

После того как дамы покинули столовую, Тиндейл продолжал мрачно размышлять. Его гнетущее настоящее было целиком на совести Уиндема. Он старательно перебирал в памяти все преступления Уиндема против него. Уиндем украл у него состояние; Уиндем женился на женщине, которая должна была стать его женой; и именно Уиндем нанес ему на лицо шрам, обезобразив на всю жизнь. Он неосознанно коснулся пальцами рубца.

Джулиан заметил, как Тиндейл потрогал шрам, и ледяная усмешка искривила его рот. «Хоть это сделал я для Дэниела», – подумал он, потягивая портвейн и сожалея, что не смог сделать большего. При других обстоятельствах он мог бы предоставить прошлое прошлому. Тиндейл привел в его жизнь Нелл, и, несмотря на обстоятельства их женитьбы, Джулиан был бесконечно благодарен ему за это. Но многое можно простить, кроме разорения и смерти невинного юноши. И Джулиан крепко стиснул зубы.

– Брось, – тихо проговорил Маркус, догадавшись, о чем он думает – Судьба Тиндейла больше тебя не касается.

– Xoть мне и досадно это признать, но, вероятно, ты прав, – откликнулся Джулиан, бросая взгляд на его шрам. – По крайней мере личико я ему подпортил.

– Согласен, – протянул Чарлз из-за спины Джулиана, – но жалко, что ты не закончил эту работу. Его стоило бы убить.

Чарлз прохаживался по комнате и, будучи идеальным хозяином дома, останавливался поболтать то с одним гостем, то с другим. Постепенно этот обход привел его к Джулиану и Маркусу, которые продолжали сидеть, лишь слегка отодвинувшись от стола.

– Почему ты так считаешь? – выгнул бровь Джулиан, когда Чарлз оказался рядом.

Устремив взгляд на Тиндейла, Чарлз отхлебнул бренди.

– Дэниел был не единственным молодым глупцом, подпавшим под влияние Тиндейла.

У Джулиана перехватило дыхание, и он посмотрел вдоль длинного обеденного стола, туда, где рядом с Тиндейлом сидел Рауль.

– Ты хочешь сказать, что и Рауль попал в его лапы?

Чарлз пожал плечами:

– Должно же быть какое-то объяснение его неожиданной привязанности к этому человеку.