Хозяйка Скальной гряды

Она у нас женщина основательная, умница-разумница, не чета… — тут девушка бросила взгляд на Полину и замолчала. — Пойду я, госпожа Скальная.

Поля молча кивнула. Вместо романтики в голову лезли мысли о том, оттяпает покладистый Огневой кусок приданого своей жены или нет? Как самой Полине к этому относиться? И что он скажет, если она осудит его за присвоение чужого добра? Да и вообще, верить ли хозяйственной Нинет, что она не собирается создавать проблемы с разводом или прислушаться к своим ощущениям?

Измучившись подозрениями и неуверенностью Полина, твёрдо решила уезжать рано утром. Она мечтала, давно и много мечтала, чтобы в её жизни появились отношения, основанные на любви и ей хотелось романтики, а получила головную боль.

Глава 13

Она покинула имение рано утром, как и решила. Несколько часов ехала одна, сопровождаемая настороженными взглядами крестьян, но те сторожились всех всадников, не ожидая от них ничего хорошего. Впрочем, Полина сама была свидетелем того, как Огневой приказывал чужим людям, попавшимся ему на глаза, принести хворост или воды, когда они останавливались в дороге. Он объяснял это тем, что местным его поручения не в тягость, а у них с Полиной нет ведра, чтобы напоить лошадей; нет верёвки, которой можно было бы обвязать охапку веток и не тащить их в руках, портя одежду; нет котелка, чтобы заварить ягоды и утолить жажду приятной водичкой.

Но когда Полина самостоятельно добралась до трактира и собралась пообедать в нём, то столкнулась с неожиданным отношением к себе. Её словно бы не видели и не слышали! Недоумевая, она вынуждена была гордо развернуться и уйти, но в следующем подобном заведении повторилось всё тоже самое.

Полину не хотели обслуживать, её лошадь некому было даже расседлать и задать корма. Стоило девушке обратиться к мальчишкам при конюшне, они быстро убегали, и никакая монетка не помогала.

Полина была в отчаянии. После нескольких часов пути, проезжая многочисленные разветвления и не получая внятных ответов на свои вопросы, девушка засомневалась верно ли едет, а нарастающий голод и чувство вины перед своей лошадью, до сих пор не получившей отдыха, изводили.

Огневой догнал её, когда она миновала третий трактир, где её вновь отказались кормить и вежливо, но настойчиво выпроводили, сказав, что не хотят из-за неё проблем. В следующем заведении магу достаточно было стоять рядом, чтобы все пожелания баронессы были исполнены.

Оказалось, что в придорожных заведениях с одинокой дамой предпочитали не иметь дел. Приличная дама должна путешествовать с охраной и прислугой, ну в крайнем случае с сопровождающим, а если она одна, то кроме неприятностей трактирщику, да и любому встречному, ожидать нечего.

И не сказать, что дело было в мужском шовинизме.