Скала Жнеца

Что-то вроде: «Я знаю, что ты сделала. Я знаю, что ты солгала». – Лицо Уилла мрачнеет. – Я все думаю, не связана ли эта надпись и исчезновение Фарры с ее свидетельскими показаниями. И найденная фотография, на которой она на острове, в лагере, тоже…

– Я не понимаю, – уныло говорит Уилл.

– Быть может, это намек на то, что она солгала в суде.

Элин запинается, понимая, как звучат ее слова.

– А-а-а, теперь понимаю. – Уилл издает какой-то тихий гортанный звук. – Так скажи это. Ты спрашиваешь, солгала ли Фарра в суде?

– Нет, – быстро отвечает Элин, краснея. Она все сделала неправильно. – Мне просто интересно, не случилось ли той ночью чего-то вызывающего у нее сомнения.

– Хватит, Элин. Я умею читать между строк. Ты нашла эту записку и поступаешь как всегда. Немедленно предполагаешь самое худшее.

Элин отвечает не сразу, но не потому, что Уилл прав, – да, она склонна судить строго, но не в этом случае.

– Я не пытаюсь осуждать Фарру, а хочу ее найти. Если она и правда солгала, это важно, потому что ее показания были ключевыми в обвинении Кричера. Если приговор основан на лжи, значит, виновен не он. А в таком случае есть другой убийца. И сейчас он на острове.

Уилл ненадолго закрывает глаза. А когда открывает, на его лице написана решимость.

– Ты права. Фарра солгала во время показаний, но не из-за того, о чем ты там навыдумывала. А из-за меня.

Элин крепче сжимает телефон, и пальцы на миг закрывают лицо Уилла.

– Да. Фарра солгала, но к ней это не имеет отношения. Она хотела защитить меня.

– И о чем ты хочешь поговорить?

– Как я и сказала, о нас с тобой.

Из-за усиливающегося завывания ветра Хане приходится повысить голос. Ветер треплет верхушки сосен над бассейном, они раскачиваются над головами.

– О Лиаме? – эхом отзывается Джо, обходя бассейн.

Наклонившись, она скатывает коврик для йоги и сует его под мышку.

– Да, о Лиаме. Я все знаю.

Хана гордится собой. Гордится своим спокойствием. Самоконтролем. Она уверена, что будет говорить хладнокровно, не поддастся обаянию и легкомысленной болтовне Джо.

– Я все знаю, знаю, что ты мне врала. Все это время.

– Ты все знаешь… – запинается Джо. – Но откуда?

– Тебе ни к чему эта информация. Достаточно того, что я в курсе.

Хана не узнает собственный голос, оглушительную четкость каждого слова.

Поднявшийся ветер с грохотом захлопывает приоткрытое окно позади них. В глазах Джо стоит дикий страх, губы искривляются в странной гримасе.

А потом раздаются слова:

– Пожалуйста, Хана, ты должна знать, что я не хотела его бросать. Я запаниковала. Я поняла, что он мертв, сразу же. Я бы не оставила его, если бы не была уверена. Я бы вызвала «Скорую» и осталась. Но он умер, я точно это знала.