Скай О`Малли

Она не хочет, чтобы мое неповиновение стоило ему наследства. Ребенок родился 12 декабря, но его пола я не знаю, потому что даже де Гренвилла не пускают к Скай, хотя Сесил и обещал ему свидание.

До недавнего времени не существовало способа помочь Скай. Но теперь я рискну вызвать неудовольствие королевы и появлюсь в Лондоне, потому что де Мариско придумал, как решить эту задачу. Ради всего святого, Адам, расскажите ему, пока он не задушил нас обоих.

Лорд Ланди не спеша, обстоятельно изложил свой план. Роберт Смолл внимательно слушал и кивал головой. Наконец он спросил:

— У вас с собой вахтенный журнал?

Адам де Мариско подал капитану тоненькую книжицу.

— Да, — сразу же отозвался моряк, — это арабский язык, — он помолчал минуту, изучая журнал. — Корабль носит имя «Газель». Они из Алжира.. — настроение Робби явно улучшалось. — Они пираты… Несколько недель назад захватили с баркаса несколько человек. После этого люди стали болеть и умирать. Те, что с баркаса, погибли почти сразу же. Последняя запись сделана десять дней назад и гласит: «Помилуй нас, Аллах!»— Робби оторвался от журнала. — Бедняги! — промолвил он, потом перелистал книжицу, и его морщинистое лицо осветила улыбка. — Вот это удача! Здесь запись, сделанная прошлой весной: «Сегодня захватили проклятых испанцев», — и указан их курс мимо берегов Ирландии! Все остальное — набеги на «неверных», но преимущественно они охотились за испанцами. Это играет нам на руку. Если у Сесила возникнут подозрения и он найдет знатока арабского языка, тот подтвердит ваш рассказ. К утру я внимательно прочитаю журнал, чтобы убедиться, что в нем ничего не повредит Скай. Тем временем отправляйте «Газель»в Лондон. Нам нужно дождаться, пока она не прибудет в Лондон.

Ждать было тяжело, но ничего другого не оставалось. Адам де Мариско вернулся к себе на Ланди и в последующие недели исходил свой остров из конца в конец по крайней мере две дюжины раз.

Роберт Смолл поскакал в Рен-Корт и занялся делами торговой компании, которой владел совместно со Скай. Ее секретарь француз Жан принял на себя главный удар его дурного расположения духа и, если бы не верность госпоже, собрался бы вместе с Мари и детьми и уехал в Бретань.

Найл беспокоился, что их план может провалиться. Что в этом случае следовало делать? Но свои страхи он скрывал от детей. После разлуки с матерью Робин Саутвуд повзрослел. Скай не могла его уже оберегать, и твердое, но благожелательное влияние отчима быстро заставило мальчика осознать свое положение графа Линмутского.

Виллоу, дочь своей матери, изо всех сил старалась заменить в доме Скай: садясь на почетных местах за столом между Найлом и Робином, распоряжалась хозяйством.