Сюрприз, Шоколад и Игрушка для бандита

– Пожалуйста, сидите спокойно, никуда не лезьте. Я съезжу, отпущу бабулю к вам, а сама останусь с Сюриком. Хорошо?

- Да, мам, конечно! Любим тебя, мамуль!

- Я тоже вас очень люблю!

Роняю трубку, а сама срываюсь с места из аптеки.

- Девушка, ваш препарат!!! – орет мне в спину провизор, но я лишь отмахиваюсь. Вообще не понимаю, о чем она.

В голове лишь бьется одна мысль: бедный мой мальчик! Как он там? С переломанной ногой! Хорошо, хоть моя мамочка такая замечательная. Все правильно сделала. Не бросила внука, поехала с ним. Осталась с трезвой головой в критической ситуации.

ГЛАВА 26

ГЛАВА 26

ИРИНА

Шесть недель спустя

Следующий месяц прошел для меня как во сне. Причем в кошмарном. У Сюрприза и правда оказалась сломанной лодыжка. Ему наложили гипс, и так как перелом средней степени тяжести нас с ним положили в больницу. Да, моим детям уже по десять лет, но как я брошу своего мальчика одного в больнице?! Вот и легла с ним. Ухаживала, поила-кормила.

Мамуля моя взяла на себя полностью заботу об Инге и Коле. Не забывали мои малышата и об Александре Сергеевиче.

Нога Сюрика срасталась, и спустя месяц нас наконец выписали домой. У Сюрика все еще подвижный гипс. Он передвигается точно кузнечик на костылях. Но все равно рад, что вернулся домой. Дома компьютер, брат, сестра, Пушкин, да и вообще, стены помогают.

Марь Иванна не достает ребенка. Хоть какая-то польза от гадского Марата – учительница просто передает задания для Сюрика через Игрушку и Шоколада, а те, в свою очередь, передают выполненную работу от брата ей. Так и живем. После эпичного появления Марата в школе успеваемость у детей резко возросла, и у меня отпала хотя бы эта проблема."

"Марат… За этот месяц я не вспоминала о нем. Ну, почти. Я так волновалась за сына, вся растворялась в его проблемах, в заботах о нем, что у меня не было ни сил, ни желания страдать по этому говнюку. Он даже не объявился. Взял свое, кинул в меня своей сотней. И растворился в закате…

Сотня от этого урода пришлась как нельзя кстати – я не работала этот месяц, сидела на больничном с Сюриком. А так как я - мастер на сдельной оплате, никакого оклада у меня нет – сколько потопаешь, столько полопаешь – этот принцип существует не только у журналистов, но и у всех остальных профессий без фиксированной выплаты.

Так вот, как бы мне не хотелось, но Сюрику были нужны дорогостоящие препараты, витамины, перевязки, питание и многое другое. Все равно, он сын Марата, и Шторм хотя бы так, косвенно, сам того не желая помог сыну в трудной ситуации.

За этот месяц я была настолько замотанной, что даже радовалась отсутствию месячных, хотя и затаилась прокладками и тампонами в больницу по полной программе.