Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Уходим!

Дворецкий ничем, даже движением брови, не дал понять, достигла ли его слуха издевка. Он величественно приблизился к двери, открыл ее и замер, выпуская двоих детективов из дома. Его чувства нашли выражение только в стремительности, с которой он захлопнул за ними дверь.

– Чуть ногу мне не прищемил! – пожаловался Хемингуэй. – Ну, что скажете обо всем этом?

– Я бы затруднился ответить, что представляет собой эта дама, если бы не видел все собственными глазами, – ответил инспектор. – Теперь я думаю, что мы разворошили гнездо порока.

– Если вы намекаете, что она подозрительно похожа на наркоманку, то я склонен с вами согласиться. Только не знаю, как это может нам помочь.

– Сидя у нее в гостиной, я смотрел на фотографии на столике, – сообщил Грант. – На одной была подпись Дэна Сэтона-Кэрью. Трудно не узнать это лицо: где-то я его уже видел.

– Еще бы! – раздраженно отозвался Хемингуэй. – Только вчера вечером!

– Вчера вечером я его не узнал, – возразил Грант и виновато добавил: – Я столкнулся с ним за несколько лет до войны, и тогда он звался не Сэтоном-Кэрью, а просто Кэрью. А вчерашний задушенный… – Грант замялся.

– Выкладывайте, Сэнди! Кто это был? Рецидивист?

– А вот и нет! Ему ничего нельзя было вменить. Меня тогда только произвели в сержанты и приставили к суперинтенданту Дарлистону. Помните, ему еще поручили…

– Вы когда-нибудь с ума меня сведете! – проворчал Хемингуэй. – Как же не помнить! Опасные наркотические средства! Ваш знакомый проходил по данному ведомству?

– Повторяю, если он и был замешан в торговле наркотиками, мы ничего не могли найти. Не хватало улик, чтобы выписать ордер для допроса. Больше я о нем не слышал. Я совсем его забыл, а тут смотрю – фотография…

Хемингуэй в молчании преодолел еще полсотни ярдов.

– Как я погляжу, вы растете, – усмехнулся он. – Вам случалось получать в ответ на «сколько будет дважды два?» пять? Нет, конечно, ведь вы лишены воображения. А у меня так бывает постоянно. Ничего, присоединяйтесь, давайте изучать леди Нест вместе. Я намекнул вам, что надо выйти, потому что решил прислушаться к своему внутреннему голосу. Я подумал, что леди Нест может разговориться, если у нее останется только один слушатель. Этого не произошло – по крайней мере, я услышал далеко не столько, на сколько рассчитывал. Однако интуиция не подвела. Меня насторожило кое-что из сказанного Ужасным Тимоти: по-моему, она ввела Хаддингтонов в свет, потому что у миссис Хаддингтон был способ надавить на нее. Не удивлюсь, если в прошлом у леди Нест было много всякого, что теперь приходится скрывать. То, что сообщили вы, подтверждает мои догадки.