Ситка

Думаю, он стоит всех вас, вместе взятых, он будет работать наравне со всеми и добудет пушнины не меньше любого из вас.

Капитану Хатчинсу принадлежала большая часть лошадей, он распределял порох и пули, и остальные понимали, что замену ему будет найти нелегко. В конце концов, все успокоились, кроме одного, и тогда капитан Хатчинс сказал ему:

— Если мне придется выбирать между вами и мальчиком, — сказал он холодно, — я выберу мальчика. Если вам не нравится его компания, я предлагаю, сэр, чтобы вы присоединились к группе, более соответствующей вашему вкусу.

Человек по имени Питер Хоуви, прислонившийся к колесу фургона, сказал:"

"— На твоем месте, Райл Бек, я бы успокоился и сел. Похоже, ты себя переоцениваешь.

Бек сердито посмотрел на него, поворчал, и, пробормотав несколько пустых угроз, замолчал и вернулся к костру.

Капитан Хатчинс повернулся к Хоуви.

— Спасибо. Не дело начинать путешествие с ссоры.

— Точно. Нас и без того ждет немало невзгод, прежде чем мы наберем по первой связке мехов. — Он взглянул на Жана. — Ты траппер, мальчик?

— Я сам добывал себе на пропитание больше четырех лет, продавая меха и травы, — ответил Жан, — но это было в болотах, а не в горах. Я был бы очень благодарен, если бы вы научили меня.

— Ты сгодишься, — усмехнулся Питер Хоуви. — По-моему, на тебя можно положиться.

Вот так все началось.

Через несколько дней, когда они двигались на запад, капитан Хатчинс обвел рукой широко раскинувшиеся перед ними земли.

— Один человек, Жан, человек, умеющий предвидеть, дал нам это. Если бы Том Джефферсон послушался всех этих маленьких людишек, живущих только сегодняшним днем, всех этих испуганных маленьких людишек, у нас бы не было этих земель. Подписав соглашение о покупке Луизианы, он рисковал своим политическим будущим, но удвоил территорию страны. Можно даже сказать, что он создал нацию. Прежде мы были горсткой колоний, теперь мы стали мировой державой.

— Это хорошо, сэр?

— Кто знает, Жан? Но нации и люди развиваются одинаково: либо они идут вперед, либо останавливаются в развитии и загнивают.

Жана стали уважать еще больше, когда узнали, что он сын Смоука Лабаржа. Питер Хоуви знал его его отца, охотился с ним на реке Аппер Уинд. Хоуви считал, что Смоука на следующий год убили индейцы блэкфут. Однако никогда нельзя быть уверенным насчет Смоука. Он был живучим парнем.

Вскоре трапперы заехали в маленький городишко Пьеррс Хоул и продали там добытые меха, и впервые его компаньоны увидели, что молодой Жан Лабарж знал толк в пушнине. Он научился этому, зарабатывая себе на жизнь в болотах. Хотя он был всего лишь мальчиком, его добыча была почти такой же, как у взрослых трапперов.