Ситка

Отправь его, ладно?

Море немного штормило, но моряки налегли на весла, и шлюпка пошла к берегу. Гэнт, командовавший шлюпкой, поглядел на Бойара.

— Будь осторожен, приятель. Не забывай, что ты поляк.

— Здесь мне лучше забыть об этом, — сухо сказал Бойар.

Жан Лабарж обернулся и посмотрел на «Сасквиханну», испытав тот же восторг, как и в первый раз, когда увидел ее в заливе Сан-Франциско.

На берегу не было ничего примечательного: графитно-серая полоса побережья с пятнами снега и побитые непогодой дома. Это был Охотск, он находился на побережьи Сибири — в самом конце света. Их ожидало путешествие в Санкт Петербург длиной более пяти тысяч миль и большая часть этого пути изобиловала опасностями.

Днище шлюпки заскрежетало по береговой гальке, из нее выскочил моряк и подтянул шлюпку повыше. Жан выпрыгнул на серый песок и помог выйти Елене.

Он повернулся к команде и пожал всем руки.

— Возвращайтесь на борт, ребята, и позаботьтесь о моей шхуне.

За прибытием наблюдали несколько человек, завернутые в бесформенную одежду, однако никто к ним не подошел. Когда шлюпка ушла, оставив на берегу троих человек, местные разошлись, явно решив, что интересоваться больше нечем. Взяв Елену под руку, Жан направился вверх по берегу, к грязной улице, по обеим сторонам которой стояли поблекшие дома из некрашеной древесины или из бревен, все как один — унылые и непривлекательные. Не чувствовалось ни теплоты, ни гостеприимства.

У Елены были документы, которые она часто использовала, путешествуя инкогнито. Эти документы были выписаны на Елену Мирову, гувернантку из Санкт Петербурга. У нее были и собственные документы, но, как она объяснила Жану:

— Никто не поверит, что племянница царя может путешествовать без свиты или багажа. Власти наверняка задержат нас для расследования, а оно может длиться месяцами и привести к массе неприятностей. И оно наверняка привлечет внимание всех союзников барона.

— Тогда вы должны пользоваться другими документами.

— Жан, — Елена посмотрела на него, — есть еще одна возможность избежать пристального внимания. По-моему, будет лучше, если все поверят, что я — ваша жена. Мы недавно поженились, и это объяснит разные фамилии в документах. В таком случае будет меньше вопросов.

— Я согласен с мадам, — сказал Бойар. — И если мадам не станет просить у властей вооруженный экскорт, я предложил бы двинуться в путь как можно скорее."

"На противоположной стороне улицы на некотором расстоянии остановился человек квадратного сложения в тяжелой серой шинели и принялся наблюдать за ними. Бойар тревожно взглянул на него, затем поднял чемоданы и торопливо направился дальше по улице. Человек в шинели бесстрастно смотрел на них, пока все трое не вошли на почту.