Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

«лицо покрылось потом», обр. в знач. «застесняться, застыдиться».

[3] Заплачет кровавыми слезами — в оригинале 滴血 (dīxuè) — в пер. с кит. «капать кровью», а также «кукушка» — по поверью кукушка плачет кровавыми слезами.

[4] Цветы персика 桃花 (táohuā) — женский символ.

[5] Самоотдача — в оригинале чэнъюй 呕心沥血 (ǒu xīn lì xuè) — в пер. с кит. «излить всю кровь своего сердца», обр. в знач. «вложить всю душу».

[6] Муж 相公 (xiànggong) — сянгун — вежливое обращение жены к мужу, а также чиновник, министр, учёный человек, благородный юноша и даже мальчик из публичного дома.

[7] Жена 娘子 (niángzǐ) — нянцзы — супруга, молодая женщина.

[8] Онемел от растерянности — в оригинале чэнъюй 张口结舌 (zhāngkǒujiéshé) — в пер. с кит. «открыть рот и не быть в состоянии повернуть язык», обр. в знач. «потерять дар речи, онеметь, оцепенеть от испуга или растерянности»

[9] Зарекаться — в оригинале 能立flag (nénglì) — в пер. «выбрасывать флаг», обр. в знач. «делать какое-либо утверждение».

Вот теперь действительно конец! :-) Большое спасибо всем за внимание к нашему переводу!

Однако для нас самих это не совсем конец: теперь мы займёмся редакцией текста и переводом первых девятнадцати глав, которые будут выложены исключительно на блогхаусе!

Искренне ваши Псой, Сысой и Ко :-)

Послесловие

Послесловие

Ура, арка братца-Самолёта закончилась! И редактуре тоже конец! Текст в начале истории немного несвязный, прочитала его — ха-ха — от начала до конца, добавила немного новых деталей, поскольку в процессе редактирования были внесены некоторые правки O＜--＜

А теперь — постскриптум с пустой болтовней:

Наконец-то! Дописала! Ура!

Я почти не изменилась с прошлогоднего июля, когда, изнемогая от жары и зубрёжки высшей математики, начала работу над рукописью. Тогда, ворочаясь с боку на бок с телефоном, я вдоволь начиталась романов про поражающих своим совершенством [1] попаданцев в миры книг о заклинателях — и в конце концов, не выдержав, сама взялась за перо."

"Я боялась, что мой язык слишком сухой, что ему недостаёт выразительности, и поэтому моя рукопись на одном дыхании разрослась до 80 000 иероглифов. Проканителившись до сентября, я, волнуясь до крайности, выложила первую главу.