Сиротка для дракона. Боевой факультет (СИ)

 — Она ойкнула, встревоженно заглянула ему в лицо. — Можно?

— Мне нравится, — улыбнулся он, крепче обнимая девушку и снова пристраивая ее голову к себе на плечо.

— Рик, — повторила она. Поерзала, обвила его руками за шею и замерла так.

Он гладил ее по голове, по худенькой спине, вслушиваясь в дыхание, пока оно не стало размеренным и ровным.

Его бы воля — сидел бы так до утра. Но в кармане едва слышно пиликнул артефакт, напоминая, что нужно возвращать Нори в общежитие. После такой встряски ей нужно выспаться.

— Нори. — Он осторожно потормошил ее. Девушка вскинулась, сонно моргая.

— Ой, извини. Совсем разморило…

Родерик улыбнулся.

— Немудрено после такого бурного вечера. Пойдем-ка домой. — Но вместо того, чтобы ссадить Нори с колен, Родерик взял в ладони ее лицо, поцеловал ресницы, кончик носа, губы — и оторваться от них получилось не сразу. — Убирай иллюзию, и пойдем, — сказал он наконец. — Тебе надо хорошенько отдохнуть.

Она кивнула, плотнее запахнула полы кителя. Родерик обнял ее за плечи.

— Завтра увидимся. Будет новый день, — шепнул он. — А потом еще много-много дней…

45

Лианор

Может, этих дней и казалось много, но они понеслись со скоростью сорвавшейся с привязи лошади, и мне постоянно не хватало времени.

Лекции и практические занятия. Пока к названию каждого предмета прилагались «основы» — магических защит и магического восприятия, иллюзий и маскировки, бытовой магии, принципов действия боевых групп и логистики… Мне в жизни не пришло бы в голову, что магия настолько многогранна и разнообразна. Или что основы принципов действия боевых групп преподают, по крайней мере поначалу, не в учебном классе, а на полигоне. На той самой полосе препятствий, которой стращал нас Родерик на своем первом занятии.

Проходя ее, пока мы вовсе обходились без магии. Возможно, первому курсу пока показали не все подвохи полосы препятствий, но и без магических помех, в первый раз добравшись до ее конца, я просто свалилась на землю, как была — мокрая, в грязи и поту. И это при том, что парни помогали мне как могли, где-то подсаживая, где-то подтягивая. Впрочем, и я помогала им — там, где приходилось протискиваться в узкие щели или подныривать под препятствие, чтобы обнаружить с другой стороны щеколду, открывающую проход, или канат, который можно перекинуть остальным.

В первый раз до конца полосы препятствий дошли лишь команды, где сообразили поддерживать друг друга, — и только тогда я поняла, почему нас выпустил на нее именно преподаватель основ принципов действий боевых групп, а не, скажем, Этельмер, который по-прежнему начинал каждое утро с команды «раздеться», несмотря на то что по утрам становилось все холоднее.