Сиротка для дракона. Бои без правил

Хватит и того, что старший барон – а никем иным этот седовласый мужчина быть не мог – смотрит на меня с откровенной неприязнью. Да уж, умею я наживать врагов: был один, точнее, двое, стало четверо. Остается только надеяться, что для дознавателя я слишком мелкая сошка, как и для старшего барона.

– Кроме того, согласно закону, барон Бенедикт Вернон, вольно или невольно оговоривший вас, должен заплатить штраф в вашу пользу.

«Невольно», как же! Мышьяк в мой карман тоже невольно прыгнул?

Я осеклась. Нет. Сейчас мне хочется просто убить Бенедикта, и неважно, что за это я снова окажусь в камере, теперь уже по делу. В таком состоянии нельзя что-то решать. Лучшее, что я могу сейчас сделать – забрать свои вещи, забиться в какую-нибудь нору, хоть в свою комнату в общежитии, и никого не видеть и ни с кем не разговаривать, пока не приду в себя.

– Благодарю вас, господин Ашер, – выдавила я, старательно не глядя на отца и сына. – Вы сказали, я могу идти?

– Да, когда вам принесут ваши вещи. Что касается штрафа – барон пришлет вам чек.

Который мне очень хочется запихать Бенедикту в глотку прямо сейчас. А потом оторвать ему голову и засунуть туда, чем он думает на самом деле.

Хватит! Надо радоваться, что друзья смогли убедить дознавателя в моей невиновности.

Но радоваться не получалось. Несмотря на то, что душу мою сейчас переполняла благодарность к Родерику и Оливии, одновременно глаза застила ненависть.

– Лианор, я тоже должен извиниться… – проблеял Бенедикт.

Окажись мы сейчас один на один, я убила бы Бенедикта голыми руками, и плевать на последствия. Сейчас меня останавливала лишь мысль о Родерике, ждущем за дверью. Я не могу пустить прахом усилия моих друзей, а поэтому придется быть вежливой.

– Можешь не утруждаться. Я не приму твоих извинений.

А о том, как ему отомстить, не вляпавшись в новые неприятности, я подумаю потом. Когда остыну.

– Ах, ты… – вскинулся Бенедикт и осекся, когда отец положил руку ему на плечо.

– Этого следовало ожидать, – сказал старший Вернон. – Сам доигрался.

Дознаватель протянул мне несколько листков.

– Ознакомьтесь с этими документами и распишитесь.

Обрадовавшись, что появилась причина не разговаривать с баронами, я взяла бумаги. И чем дольше вчитывалась, тем сложнее было сохранять спокойствие. Я хихикнула. Еще и еще раз.

– Лианор, вам плохо? – поинтересовался дознаватель.

– Мне просто замечательно, – выдохнула я, давясь смехом. – Так старался, обгадился в прямом смысле – и все зря!

Бенедикт вскочил, но старший сжал его плечо.

– Всего доброго, господин Ашер. Прощайте, Лианор. Не могу сказать, будто рад знакомству.

Он выволок сына за дверь. Я хихикнула в последний раз и обнаружила, что ненависть моя исчезла.