Сирота

Даже в период самого сурового крепостничества, когда реальное положение этих крестьян ближе всего подошло к рабскому.

Настоящих рабов на Руси называли холопами и считали движимой собственностью. А детей их приравнивали к приплоду словно от скота, считая естественным способом прироста рабов того или иного собственника. Отменил этот кошмар лишь Петр I 19 января 1723 года. Но до этих событий было еще далеко. Поэтому и холопы, и челядины[12] вполне встречались в русском обществе.

В общем – купил Андрейка еды и сел кушать со своими людьми. А заодно и думать. Денег получалось настолько мало, что на них просто до весны не протянуть. Даже если жить впроголодь и драть по весне кору с деревьев для «вкусного и сытного» супчика.

В этой связи предложения пойти послужильцем не выглядели настолько оскорбительно. Все начинало походить на ситуацию, в которой Устинка и Егорка, понизили свой статус, став рабами. Но этот Андрейка был совсем не тот, что имелся раньше. Этот Андрейка почти шесть лет готовился к тому, чтобы отправиться в прошлое, да и до этого немало учился, укрепляя, развивая и наполняя мозг всякими полезными знаниями. И продумал за время подготовки много всякого рода сценариев «поднятия бабла». А тут ведь требовалось именно оно.

Причем, как это ни странно – «поднять бабла» требовалось совсем немного. Всего-навсего протянуть до весны да добыть где-то мерина с меринком заводным или меренцем. Как минимум. Этого уже хватило для принятия отцовского наследства. Понятное дело, что «немного» это относительное понятие. Потому что мерин стоил в среднем от десяти до пятнадцати рублей[13]. Меринок еще от четырех до девяти. То есть, по самым скромным подсчетам Андрейке требовалось добыть минимум пятнадцати рублей только на «блохастых друзей». А крестьянин семейный, если работал в покое на земле доброй и угожей, давал около рубля прибыли в год. Плюс-минус. На первый взгляд – прилично. Но пятнадцать крестьян семейных на земле – это солидный результат. Не каждый поместный дворянин мог похвастаться такой популяцией под своей рукой. У бати его, к примеру, было всего семеро.

Дела…

Поэтому Андрейка посчитав что к чему и приценившись, начал действовать по одному из задуманных им сценариев.

Начал он с того, что сторговал у одного торговца старую лодку до весны за 15 сабляниц. В аренду. Тому она все одно была пока не нужна. А нашему герою как-то до поместья добираться требовалось."

"Потом купил у другого торговца небольшой горшочек купоросного масла за двадцать московок и одну полушку. Тот взял этот товар для продажи кузнецами, но посад оказался разорен и когда еще удастся ремесленникам вернутся в старое русло – не ясно. А тут дурачок малолетний захотел купить товар, с которым, по всей видимости, не знал, что делать.