Наследие Сири

 — я подталкивала ее в спину, и она наконец вышла.

— Тала Сири, мне больше не жить в этих землях, меня отправят на рудник. Я не хочу выходить замуж за охранника правителя Улааля, я хочу быть с другим человеком. Я хотела, чтобы мой отец и моя мать заступились за меня, и воспротивились этому приказу, я могу много работать на полях, в садах, я могу ухаживать за животными, но я не хочу жить с охранником Суром — он бил своих сестер до крови, а когда пил жгучую воду, мучил ягнят, он будет и меня бить. Мой отец и моя мать побили меня, и выкинули из дома. Сказали вернуться в замок, и сказать, что я упала. У них еще две дочери и два сына, у них нет своего дела, они трудятся на полях, работают в мастерской гончара и на общей кухне.

— Тебя заставляют выйти за него? — я вспоминала рассказ Сиги о том, что к началу тепла охранникам, что отслужили положенный срок не покидая замка, правитель дает в жены девушку из служанок, и небольшой дом с участком земли. Стражник продолжает служить, но теперь он может работать посменно. Его жена уходит из замка, и занимается хозяйством и детьми.

— Да, через десять и десять ярких нас обручат, и отправят в наш дом. Пять ярких мы будем вдвоем. Я боюсь его, тала Сири, я не знаю что мне делать и куда мне идти, я лучше утоплюсь. — она села на пол, и громко заревела.

— Не, не, Оми, тихо, иначе Шанари услышит нас, и выгонит тебя отсюда. Молчи, сейчас Сига принесет самогон, и мы обработаем раны. Нужно сесть, и подумать. Расскажи мне о человеке, которого ты любишь, с которым хочешь быть. Он любит тебя, он заступится за тебя? — Я говорила строго и четко, и она перестала плакать.

Вошла Сига со стеклянной кружкой, полной самогона. Интересно, теперь в кухне будут думать, что я пью как лошадь? Сначала, не предупредив, что в кружке, я дала ей отхлебнуть, потом вылила самогон в плошку, и обмакивая полотенце, протирала жгучей водой, как она назвала алкоголь, ее лицо и шею. Она ойкала, но терпела.

— А теперь, моя дорогая, садись на кровать, бери кружку с отваром, и очень тихо, шепотом, рассказывай мне все, только не утаивай деталей.

— Сига, — строго подозвала я девушку к себе, — подставь под ручку двери стул, как я учила, садись на него, и начинай петь. Давай, «Я прошу, хоть ненааааадолго, боль моя, ты покиииинь меня» вот эту пой, ты ее выучила. Пой громко. Как закончишь, начинай сначала — за одно повторишь. Сига затянула песню, и в комнате пахнуло ""Семнадцатью мгновениями весны"".

— Тала Сири, у меня две сестры и два брата. Отец был рыбаком, он раньше продавал много рыбы, и нанимался работать в поле в сезон. Женился на маме еще до того, как наши земли стали меняться. Мама жила в семье, собирали легкое дерево, его варили, мяли, и делали ткани на деревянных станках.