Сиреневая ночь (СИ)

 — Надеюсь, ты уже достаточно позабавился, изображая из себя детектива, и теперь готов в полной мере посвятить себя своим прямым обязанностям. — Граф тяжело поднялся со своего кресла. — Ты единственный, кому я однажды смогу передать свой титул; будет жаль, если тебя случайно убьют в каком-нибудь бедном квартале.

Артур старался не поддаваться на резкие и колкие замечания отца. Он приехал сюда не для того, чтобы вновь начинать многолетний спор. Сейчас он хотел лишь увидеться с отцом, которого не видел долгое время.

— Я тоже скучал по тебе, отец.

Доминик Керри ещё минуту молча смотрел на сына, прежде чем его губы дрогнули в слабой улыбке.

Артур подошёл ближе, обняв отца.

— Я каждый день молюсь за Ваше здоровье, отец.

Доминик похлопал сына по спине, затем отстранился, чтобы лучше оглядеть его. Что бы он ни говорил сыну, он всегда гордился его независимостью и самостоятельностью.

— Давай присядем. Ты расскажешь мне обо всё, что произошло с тобой за время твоего отсутствия. — Доминик указал Артуру на соседнее кресло, после чего у них состоялся долгий разговор.

Артуру на самом деле было, что рассказать отцу.

Экономка леди Кэмпбелл, миссис Броук, с улыбкой смотрела за ловкими движениями молодой служанки, которая искусно собирала длинные светлые волосы своей госпожи в высокую причёску.

— Ты просто мастерица. — Похвалила она девушку. — Леди Кэмпбелл очень повезло с тобой.

— Благодарю, миссис Броук. Мне это лишь в радость. — Ответила служанка. — Всё готово, леди Кэмпбелл.

— Благодарю. — Улыбнулась Эмма, оглядывая результат в отражении зеркала. Поднявшись с места, молодая графиня расправила нежный голубой шёлк, который переливался тысячами бликов при каждом её движении. Взяв в руки веер из слоновой кости, девушка провела по нему пальцами, а затем быстрым движением расправила его, не отводя взгляда от собственного отражения.

Она думала лишь о том, что готовил ей предстоящий приём, помимо знакомства с маркизой Лорен. Будет ли общество благосклонно к ней? Конечно, срок её траура уже вышел, но порой люди бывают жестоки в своих высказываниях к женщинам, которые добились свободы и независимости, а осуждение общества не имеет срока давности.

Должно ли в таком случае её вообще заботить мнение незнакомых ей людей?

Эмма решительно расправила плечи.

Нет, её не будет волновать мнение людей. Она — графиня Кэмпбелл. Отныне её жизнь принадлежит лишь ей.

— Ваша карета готова. — Улыбнулась Мэри-Энн, возвращая мысли Эммы к реальности. — Как следует отдохните на балу.

Через полчаса девушка уже спускалась из экипажа, с благодарностью принимая помощь поспешившего к ней лакея, после чего сразу же направилась в дом маркизы.