Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

Вдали, там, оттуда он прискакал, бушует гроза, а здесь стрекочут цикады, вечер, покой… Сапоги касаются осенней травы, в лошадиных глазах плавают звезды. Обычные, вечные, яркие – лечь бы на спину и смотреть, но погасший маяк – это неправильно; маяки должны гореть, а моряки – возвращаться и возвращать.

Лозы понсоньи кажутся прочными, главное, не повредить соцветий, но тебе случалось открывать гайифские шкатулки, разница не столь уж и велика; смерть, которую нужно обойти, только и всего. В семействе Савиньяк никогда не рождались близнецы и вряд ли родятся впредь. Эмиль повторяет отца, Арно – Эмиля, а ты никого не повторяешь, ты появился, чтобы пройти закатной дорогой, ты ею прошел. Почти… Осталось забраться наверх, вытряхнуть старый пепел и зажечь маяк. Скорее всего, кровью, иначе с чего бы первородные ею клялись?

3Пьетро очередной раз не соврал: Гирени проснулась отдохнувшей и бодрой, пожалуй, даже слишком.

– Лучшэ праздноват в балшом доме, – тараторила кагетка, – там всо гатова. Старый Сэрвылый гаварыт, ты будеш там на мнэ женытца. Он балшой стратег, и он тэбэ велыт, но если ты нэ хочешь, нэ надо! Пуст тэбэ будэт харашо, кагда муж нэ хочет жену, ему плохо, илы он ее убывает и женытся, как ему харашо…

– Погоди, – попытался прикрикнуть Капрас, до смерти довольный, что в часе езды от Речной Усадьбы сыскался сносный трактирчик. – Будет тебе и праздник, и подарки, только завтра. Подарки сплюшцы таскают, так что лежи тихо, а то спугнешь.

– Пуст! – немедленно шмыгнула носишком Гирени. – Старый Сэрвылый обещал брат мэна на пыр с табой. Я хачу выдет, как будэт красыво… Гдэ мое красывое платье, я должна его надэват! Мнэ его прывозылы издалэка, чтобы я тыбэ нравылась! И гдэ мая дура-курка, она мэна прычесает.

– Курка? – не понял Карло. Что говорить кагетке про Турагиса, и говорить ли, маршал пока не решил, а Пьетро тактично убрался.

– Курка глупая, – объяснила девчушка, – она мнэ служит, ее мнэ дарыл старый Сэрвылый. Гдэ он? Он тэбэ скажэт, что мэна нужно на пыр!

– Гирени, его нет.

– Ты мэна забырал ы нэ сказал стратэгу? Зачэм? Он хароший, он мэна лубыт, он будэт на тэба ругатца!

– Не будет! Гирени, мне пора к моим офицерам, а тебе пора спать, завтра мы поедем…

– Нэт! – Сейчас разревется, и что с ней такой делать?! – Нэт!.. Прышлы мнэ мою курку и платье, и сэргы с бусамы… Я сэгодна хачу быт красывой и нэ хачу спат. Сэрвылый обещал, я саду радом с табой и всэ станут сматрэт…

Девочка ничего не знала и хотела праздника, который ей обещали. У нее было красивое платье, очень похоже, с кого-то снятое, бусы и сережки. Ей обещали подарки, дорогие, куда дороже, чем он мог себе позволить, она бы сидела рядом с «лубымым», на нее бы все смотрели… Бацута!

– Гирени, – Капрас сжал тоненькие запястья, – попробуй понять.