Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

– Так монахи тоже говорят? – невольно усмехнулся Капрас. – Хотя с отца Ипполита станется… Хорошо, решать мне, и я решаю. Бывший стратег Турагис будет немедленно и тайно казнен, всю ответственность я принимаю на себя.

– Согласно никем не отмененным уложениям, – Фурис поднялся из-за стола и расправил мундир, – доверенный куратор походной канцелярии также является главой военного суда, чье решение утверждает или же отменяет командующий. В таковом качестве я приговариваю господина Турагиса к смерти. В особо сложных или же вопиющих случаях глава военного суда волен выбирать доверенных советчиков числом от двух до восьми, чье мнение может быть принято им во внимание. Я назначаю таковыми присутствующих здесь полковника Ламброса и капитана Левентиса.

– Я согласен с приговором, – вскочивший Ламброс замер, вытянув руки по швам. Будто на… «парадике». – Да, смертная казнь. Да, тайная.

– Да, – подтвердил и Агас, – и еще раз да.

– Господин командующий, утверждаете ли вы решение Тайного Военного Суда при Малом Северорожденном Славном корпусе, дарованном Сладостной Кипарой и Златоструйной Мирикией?

– Утверждаю, но Турагис будет казнен по приказу Прибожественного Сервиллионика. Это добыча Лидаса, господа, и его воля.

– Осужденному будут зачитаны оба приговора, – и не подумал спорить Фурис. – Остается решить, прерывать ли сон преступника или же отсрочить исполнение казни до его пробуждения. Я полагаю правильным не откладывать.

– Тогда лучше связать, – нахмурился Ламброс, – причем как следует.

– Да, старик так просто не сдастся. – Вот так всегда! Думалось, всё, а самое мерзкое еще и не начиналось. – Только надо ли… зачитывать? Пусть умрет во сне.

– Преступник должен услышать приговор, – бывший писарь был тверд. – Я не верю, что господин Турагис раскается, и считаю его богохульником и святотатцем, но лишение осужденного возможности воззвать перед смертью к Создателю будет уже нашим грехом.

– Отнюдь нет, – Пьетро, словно в доказательство, вновь взялся за четки. – Зачтение приговора нужно судьям земным, но не горним. Одним – для очистки совести, другим – чтобы насытить зверя, которого часто зовут справедливостью. Осужденному это дает разве что возможность выплеснуть напоследок свою ярость.

– Благочестивый брат, вы…

– Фурис, помолчите! Пьетро, я согласен с вами! Мало того, я не дам его разбудить, но неужели лишить последней молитвы в самом деле не грех?

– Разумеется. Создатель даровал возможность найти дорогу в Рассветные сады даже самым грешным; равно как и праведные, переступив последний порог, должны доказать, что праведность их была порождена не страхом перед земной карой и не отсутствием возможности творить зло.