Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

– Говорит, в дриксенский.

– Ну и дурак!

– Я так ему и сказал, а он выпить предложил.

– Поссорились?

– Если бы!.. Как же мне это не нравится!

– А я просто в восторге! Ступайте к своим.

Вариты были предсказуемы и дружелюбны, Фельсенбург не осведомлен, сюрприз – неминуем. Какой и от кого? Бруно знает или думает, что знает, чего можно ждать от своего родственника, значит, ему нужна драка с хорошей кровью, но начаться должно внезапно и по чужой вине. Насмотревшийся на сухопутные подлости Руппи заподозрил бы убийство парламентеров, если б придумал, как такое провернуть под носом охраны и свалить на китовников, да и то… Смерть фрошеров вряд ли огорчит противников перемирия, готовых за Марагону простить Эйнрехту всё и Гудрун. Убийство своих? Виноватыми сделают талигойцев. Прикончить собравшегося на переговоры младшего Гетца – значит вручить горникам половину Южной армии даже без попоек…

Руперт ломал голову, пока из задних рядов не доложили о приближении графа фок Глауберозе, в сопровождении троих человек подъезжавшего со стороны основного лагеря. На так и прижившихся у Руппи часах было без двадцати пяти три, на душе было мерзко.

3Турагис спал мирно и непробудно, совсем как утром Гирени. Старик даже не храпел, надо думать, потому, что, оберегая сломанную руку, его уложили на правый бок. Благочестивый брат свое обещание сдержал – «сам себе Сервиллий» был жив, почти цел, и его судьбу предстояло решить маршалу Капрасу, о чем маршал Капрас трусливо жалел. Будь его воля, Карло немедленно удрал бы из кабинета, где несколько часов назад пил с человеком, которого полагал всего-навсего сумасшедшим. Увы, легатам и воякам бегать не положено, маршал потер лоб и обернулся к Пьетро, перебиравшему четки у изголовья пациента.

– У вас нет при себе чего-нибудь успокоительного, только не столь… зверского?

– Нет, – безмятежно откликнулся клирик, – но я могу спуститься в бывшие комнаты госпожи.

– Не нужно! – рыкнул Капрас, не желавший оставаться наедине с Турагисом, пусть и спящим. – Проклятье, ну не думал я, что это в самом деле он, не мог думать!

– Преосвященный Оноре очень долго не мог думать дурно о собратьях во Ожидании.

– Нашли с кем сравнивать! Ну и гадко же все сложилось… Вы меня послушались, но я-то считал… стратега Турагиса очумевшим без привычного дела стариком!"

"– Жизни стратега ничего не угрожало, с таким переломом справится и коновал. Все, что я сделал, это оставил господина Турагиса дожидаться вашего решения.

– «Ничего не угрожало» еще не значит, что никто не угрожал. А, пошло оно все!.. Расскажите лучше, как вы все это провернули, только не говорите, что с помощью Создателя, не поверю.

– Создатель в пути, Он может лишь укрепить наш дух, и Он сделал это.