Синий бант

Дуня взяла широкополую шляпу, украшенную маками, – подарок свекрови, поднялась на ноги и пошла на встречу с детством.

* * *Замок для принцессы был построен. И теперь пришла очередь коварного дракона. Танечка широко распахнутыми глазами, полными любопытства и предвкушения, смотрела на небольшую горку песка. И вот внезапно, взметнув песчаное облако, оттуда появилась мужская рука в попытке схватить маленькую пухлую ножку.

– Нет, папа, нет!!! – восторженный визг слышен по всему пляжу. Отскочив на пару шагов и едва удержав равновесие, Таня вновь смотрит на папину руку, ожидая, что будет дальше. Как у истинной женщины, ее «нет» означает… все что угодно.

А дальше к их компании присоединяется пара женских ног.

Иван смотрел на аккуратные пальцы с алым лаком. И вверх – по загорелым икрам, округлым бедрам, через закрытый купальник в крупный горох, к затененному шляпой лицу. Другая рука сама собой потянулась к телефону в кармане шорт и тут же запечатлела женские ступни, присыпанные песком. А потом, вернув телефон на место, принялась нагребать песок на безупречный красный педикюр.

– Вы купаться пойдете? – донеслось сверху.

Довершив начатое, Ваня поднялся на ноги, попутно прихватив на руки дочь. Она тут же уставилась на него огромными глазами в обрамлении бесконечных ресниц. Эти глаза смотрели на Ивана отовсюду – с экрана смартфона, с фоторабот на стенах квартиры, из рамочки на рабочем столе, с монитора ноутбука. Глаза его любимой дочери. Его принцессы.

– Мы пойдем вон туда, – наклонив голову, он поцеловал жену в слегка облупившийся от солнца нос с выводком веснушек и махнул рукой. – Потому что там самые красивые…

– Йакуськи! – с важным видом дополнила Танюша.

– Вам будет нужен фотограф! – и не подумала оставаться в стороне царица. – Вы не сможете сразу и ракушки искать, и фотографировать!

– Возьмем маму с собой?

Таня переводила взгляд с отца на мать.

– Я отлично фотографирую! – часто закивала Дуня.

– Возьмем, возьмем! – Танечка начала подпрыгивать на руках отца, теребя от предвкушения пальчиками оборки. Горох на ее штанишках был братом-близнецом маминого.

Глаза под полями соломенной шляпы с красными цветами сузились. Указательный палец указал на присыпанные ноги.

– Откапывай, автостопщик!

Иван улыбнулся. Несмотря на годы брака и почти четырехлетнюю дочь, он по-прежнему был для нее автостопщиком. Тем, кого Дуня когда-то заметила и полюбила. Тобольцев перевел взгляд вниз. А может, это и справедливо, что женщинам с таким задорным характером достаются еще и очень красивые ноги. И не только ноги.

– Да что там откапывать, – он потянул жену за руку и выдернул из горки песка. – Пошли, фотограф. Покажешь свое мастерство.

И потащил ее за собой.