Синекура

Я не могла оторваться от него, зная, что он ненадолго, он снова умчит, завалит заданиями и работой, чтобы пиздострадальствами не занималась, чтобы валилась с ног, и время летело быстро. Его способ держать жажду в контроле. Мой тоже.

Адриану утром нужно было снова лететь на Кайманы, я с ним не могла, у меня была новая задача — так же утром вернуться в свой город. Где для меня было подготовлено ристалище. Организации, которые стали коридорами в траст взяты в тиски админами и камрадами, царь-батюшка должен прибыть и на кол их посадить, а я к его приходу подмести арену, спихнув с нее тех контрагентов, кто в коридорах не участвовал. Там нужно будет ставить новую систему, ликвидировав прежнюю. Помощница уже накидывал годные варианты, но сначала нужно сломать, чтобы построить. Мне не хотелось думать, как именно Адриан будет ломать. Двенадцать контрагентов, двенадцать коридоров, восемь человек, кто точно знал о трасте, кто точно метал туда транши. С них и начнут.

Но это будет позже, а сейчас…

В вечернем сумраке нашей спальни витал слабый аромат пионов, на этот раз бардовых. Легкое эхо парфюма, выбранного им для меня. Я лежала на груди Адриана, задумчиво глядя в его темно-зеленые глаза. Не знаю, сколько мы так уже лежали, время было вне рамок, когда вот так… Глаза в глаза, в тишине и полумраке, на смятых простынях.

Протянула правую руку, прикасаясь к его скуле, ведя по ней подушечками пальцев, поверхностно по чертам его лица, сокрывая их от темени вечера так любящей добавлять ему излишней резкости в сумраке. Так любящей его.

Прикрыл глаза, в темных ресницах запутался лунный луч, до того, подсвечивающий ровное изумрудное пламя. Повел подбородком, прижимаясь щекой к моей ладони. Снял руку с моей поясницы и положил на мой затылок, мягко ведя так, чтобы приложила ухо к его груди. Чтобы услышала, как учащается его сердцебиение, чувствуя прикосновения его губ к кончикам моих пальцев, пока он опустил руку, чтобы достать из одежды у постели коробочку.

Ароматы вплелись в кровь вместе с тем как одновременно он приподнял мое лицо за подбородок и глядя в глаза открыл коробку. Кольцо. Изящное, без излишеств, как воплощение его изумительного вкуса, всегда тонко чувствующего пределы разумной достаточности. Поцелуи лунных отблесков по грани бриллианта. Его сердце бьет чаще, множа во мне онемение, расцветающее в солнечном сплетении и покалывающими иголочками с кровью идущими по телу."

"Кольцо в его пальцах, когда он прикоснулся губами к моему безымянному, глядя в мои глаза, которые застилала пелена. Слезы. От его взгляда сперло дыхание, пронзило, до мурашек, до легкой дрожи по всему телу от понимания, ценности и глубины, от того что без слов, но так ясно. От того, как необъятно то, что нас соединяет и как ничтожно то, что разделяет.