Синекура

Секунда и резко разворачивает меня, прижимая к прохладному деревянному полотну.

— Руки на дверь. И упрись. — Бархатом, уходящим в экстаз.

Уперлась, выпрямила в локтях, даже не осознавая, что правая рука заныла. Я ничего не чувствовала, кроме всполохов темного пламени в крови. Порожденного им и подпитываемым мной.

Он стоит сзади, прижимается бедрами к моим ягодицам, одной рукой обвивает меня выше плеч. У горла. Рука сгибается, слегка. Фиксируя и нажимая локтевым сгибом на шею, совсем слегка. В разуме, сердце и за грудиной потемнело, стало невыносимо горячо.

Второй рукой рывком двигает меня за бедро назад, к себе, плотнее прижимая к своему паху, и заставляя сильно прогнуться в пояснице, взяв упор на руки на двери. Его локоть на горле немного напрягается, чтобы было чувствительно, но не через чур. Пальцы под юбку. По безнадежно мокрому белью. Отодвигая. И он рывком внутри. Взвилась на цыпочки, локтем сжал сильнее, удерживая на месте. Скрип гель-лака по зеркальной вставке. Пальцы сжались, пока меня крыло от противоречиво осторожных и неторопливых движений пальцев внутри. Изнемогала, но стоило только дернуться — локоть сжимается. Задыхалась. Не от хватки на шее, от того, что не могла справиться с жаром, так издевательски безупречно управляемым им, не задающим силу и темп, не позволяющим взять инициативу. Заставляя сходить с ума от жажды, от неукротимого желания. Мои онемевшие губы бессвязно шептали ругательства с мольбами вперемешку, он тихо довольно рассмеялся. С наслаждением. Пальцы прочь из моего тела, щелчок бляшки, шелест ткани, и меня порвало от быстрого, резко толчка. От серии. Непрерывно нарастающей. От силы и мощи, сокрушающей, стирающий мир вокруг и топящий в сжигающих темных водах, бурлящих внутри и вокруг."

"Нарастало. Нарастало до той степени, что я вообще себя не контролировала, а он, сняв локоть с шеи, за волосы рванул к своему плечу и с упоением пил мои стоны глубокими поцелуями. Подталкивая, да просто швыряя в бешенство своего желания обладать, пробивающее с каждым его движением электрическим разрядом. С каждой миллисекундой ближе, четче, необузданней, сумасшедшей стихией, жадно сталкивающего в свою бездну. Столкнул.

Скрутило почти одновременно. Он устоял, я нет, но упасть не дал. Вжатая в него до предела, жадно хватающая воздух, чувствуя кровь вскипятившись от удара оргазма, сворачивается в сосудах а разум разбивается как будто навсегда — настолько грубы грани осколков, режущих, полосующих наслаждением каждую секунду, пока с обоих сходило.

С трудом, пошатываясь стояла, пока выходил. Оправлял сначала мою одежду, потом свою. Прижалась дрожащей спиной к двери, глядя на него.