Пятьдесят оттенков синего

Незнакомцу предлагалось забыть нанесенную ему травму и меня, а мы, в свою очередь, забудем его и его поведение.

Продолжавшему настороженно поглядывать по сторонам лягу такое предложение очень понравилось, а уж когда они с Уотерстоуном представились друг другу, он был просто счастлив от этой идеи, прозвучавшей из уст племянника Фредерика Уотерстоуна, пожизненно представляющего драгов в «Большой пятерке». Именно она правит Галактическим союзом, и, возможно, когда на Террии решится проблема с вирусом, представитель от нашей расы тоже войдет в этот совет.

Едва за лягом закрылась дверь, я облегченно вздохнула.

– А он не опасается, что ты выдашь негласный маршрут лягов в нашу систему за развлечениями?

– Конечно, опасается, и не зря. Я обязательно поговорю с дядей. Естественно, им никто не запретит сюда ездить, но напомнят, что закон везде одинаков.

Я вздохнула.

– Немного жаль их. Они – заложники своей природы, хоть мне и сложно понять такое.

Уотерстоун приподнял брови.

– Хочешь, я притащу ляга обратно и ты его утешишь? Уверяю, он будет счастлив.

– Нет, нет! – поспешно возразила я. – Уверена, он справится с собственным состоянием сам.

– Не думаю, что это ему поможет, – хмыкнул начальник.

Я покраснела, осознав, как он истолковал мои слова.

– До чего же с тобой тяжело!

– Советую адаптироваться, нам в скором времени предстоит проводить очень много времени вместе.

Я с тоской вспомнила принятые решения.

– Завтра выходной, вечером я залечу к тебе, поговорим о предстоящих исследованиях. А пока я обдумаю план твоей работы.

Я пожала плечами.

– Хорошо, но без пряников не приходи.

Уотерстоун хмыкнул.

– Не знал, что ты любишь сладкое.

Я лишь улыбнулась. Безусловно, я люблю вкусняшки, но именно пряники любит Зяпа. Мой питомец очень обрадуется. Пора им познакомиться!

Алексей Уотерстоун

Я смотрел в окно на спящий город, в который раз поражаясь, как же Дикан отличается от больших планет-мегаполисов. Там ночью жизнь бурлит не меньше, чем днем, а может быть, даже больше.

Мой дом стоял на возвышенности, так легче взлетать, и я мог видеть, как редкие прохожие пересекали улицу, спеша по одним им известным маршрутам.

Я доставил Алену к ней и вернулся к себе домой, чтобы здесь, в одиночестве, смириться с неизбежным. Когда отец мне говорил, что у каждого драга брачный период протекает по-своему, я не поверил. Инстинкты, они у всех одинаковые.

Как оказалось, на самом деле – нет. Я вспомнил всю историю знакомства с Аленой и нашу первую встречу, так выбившую меня из колеи. Уже тогда я начал относиться к ней по-особому. Зря я затеял шантаж, тогда он казался хорошей, удобной идеей, которая, однако, завела меня совсем не туда. Изменилось бы что-то, если бы я поступил по-другому? Сомневаюсь.