Синее пламя

Владетель продолжал пить вино, ничуть не пьянея, а герцогиня, когда они вошли, заканчивала писать письмо, но отвлеклась на поклонившуюся женщину.

– Встань ровно, – попросила Захира да Монтаг. – Дай мне тебя рассмотреть. Я много слышала о тебе за последние дни.

– Мне печально знать, что это случилось при таких обстоятельствах, моя госпожа.

– Ты слепа. От рождения?

– Нет, моя госпожа. Меня ослепили, когда я была совсем юной. Не в вашей стране. В Ириасте.

Легкое пожатие плечами было почти незаметным.

– Добрые люди. – В ее ответе не было иронии. – Во всяком случае, я надеюсь, что они раскаялись и стали добры. Хотя бы к самим себе.

– Ты очень милосердна к своим мучителям. – Тон герцогини говорил о том, что она считает такое поведение слабостью.

– Милосердие? Скорее благодарность, ваша милость. Эти люди забрали у меня глаза, но подарили новые.

– Я лишилась красок мира и света солнца, но благодаря беде прозрела. Увидела истинную правду мира.

– Ты говоришь о своем ложном боге. – Герцог в первый раз заговорил. – Знаешь ли ты, что в Даворе тебя бы уже казнили?

Гостья не испугалась:

– Да, ваша милость, знаю. Но он не бог. Асторэ не были богами. И Шестеро тоже.

Владетель хотел прервать ее, но остановился, видя, что жена подняла указательный палец, прося его повременить.

– Шестеро – первые великие волшебники. Все это знают. В герцогствах почитают их за то, что они подарили человечеству волшебство, которое у нас потом забрал Тион. Когда я ослепла, потеряла себя, то заблудилась во мраке, и тогда Вэйрэн вышел ко мне. Он дал мне силы жить без страха. И надежду. В служении ему, служении скромном, я вижу свою цель.

– И какова она, твоя цель?

Дэйт видел по лицу Захиры да Монтаг то, что не могла видеть Рукавичка, – от ответа на этот вопрос будет зависеть весь дальнейший разговор.

– Уничтожать тьму в нашем мире. Спасать людей. Дать им свободу от страха перед ночной тьмой. Ведь Вэйрэн направляет меня, защищает и дает слово свое.

– Темный Наездник! – фыркнул герцог. – Асторэ! Предатель, устроивший самую страшную войну, по сравнению с которой Война Гнева – мышиная возня!

– История исказила правду, ваша милость. То, что не являлось злом, стало им в умах людей.

– И ты хочешь исправить ситуацию? Обелить имя мятежника?

– Нет, ваша милость. – Ее ответ порядком удивил его. – Как я уже говорила, моя цель – бороться с тьмой. Вэйрэн говорит со мной…

– И что он говорит сейчас? – с иронией поинтересовался герцог.

– Я слышу его лишь тогда, когда он сам хочет этого, ваша милость. Я всего лишь его вестник. Поводырь слов, если угодно.

– Поводырь. – Герцог посмаковал это слово. – Довольно цинично слышать подобное от незрячей. Впрочем, оставим твои заблуждения.