Синее пламя

Он второй по способностям среди соек, после Шрева, за последние двести с лишним лет. Его начали учить, но парня больше интересовал холст, кисть и свет, падающий на женское лицо, чем служение Ночному Клану. Весь в отца… – Последнее она произнесла с какой-то печалью. – Он многое хотел изменить у соек, а потом… потом умер. Глупо в общем-то, как мне тогда казалось. Был на Дельфине, когда в Филгаме какой-то пьяный капитан стражи, ничего не говоря, из арбалета в упор выстрелил ему в сердце.

– Ох, – вздохнула Шерон. – Мне так жаль.

– Мне тоже было жаль, девочка. И голова убийцы, которую прислали, не слишком меня утешила. Толку от тухлого мяса, когда человека не вернуть с той стороны? Но прошли годы, и все как-то сгладилось. Забылось. И вот один не в меру ретивый близкий дружок Борга как-то решил, что ему не стоит больше иметь дел с Пубиром. Он стал слишком много рвать в Соланке и привлекать внимание влиятельных людей. Это вредило Ночному Клану, поэтому решать проблему отправили меня. Там-то я узнала, что в гибели Релго виноват отнюдь не случайный выстрел. Боргу не нравилось, что сын слишком любил свободу и не любил его. Многие из Золотых думали о том, чтобы возвысить юнца. Поставить во главе клана, несмотря на возраст. И Борг отдал приказ, а Шрев сделал все остальное.

Она помолчала, сказала едва слышно:

– Он казался милым, тихим мальчиком. Не думала, что из него вырастет столь опасная гадина. Шрев и Релго были ровесниками. Дружили. Во всяком случае, настолько, насколько могут дружить такие отбросы общества, как сойки. Короче, я не поверила в тот рассказ. Исполнила приговор и ушла. А на следующий день меня как ударило. Я вернулась и перерыла дом покойника. От погреба до чердака, но не нашла никаких доказательств.

– Зная тебя, уверен, ты не сдалась, – произнес Тэо.

– Нет. Не сдалась. Я слушала, допрашивала, задавала вопросы и рылась в чужих вещах. Наблюдала. Собирала сведения. И нашла доказательства, хотя мне потребовалось четыре года. Слова, письма и тех, кто помогал Шреву, а потом привез мне голову «убийцы». В итоге оказалось, что я не слишком-то держусь за ценности Ночного Клана, которые вбивают в голову молодым сойкам. Видно, старость их хорошенько выветрила. Боргу не стоило трогать Релго. Или же следовало убить меня, потому что правда всегда вылезает наружу. И что самое смешное – в самый неподходящий момент для тех, кто пытается ее спрятать.

– Что ты сделала? – спросила Шерон и увидела, как по лицу сойки расползается болезненная усмешка, больше похожая на гримасу.

– О. Я постаралась со всем тактом и вниманием к деталям объяснить главе Ночного Клана, какие чувства я испытала, потеряв единственного ребенка.