Sindroma unicuma. Эпилог

Выполнив необходимый минимум дел, я повела машину к стартовой черте — туда, где стоял «Торнадо» южанки. Мэл общался с девицей весьма эмоционально и жестикулировал.

— Заметь, она сама выбрала способ пари. Никто не тянул за язык, — услышала я ответ Ильмиры, подъехав.

— Откажись от гонки, — потребовал Мэл. — Это смешно. Кому и что доказываешь?

— Почему смешно? Твоя подружка отнеслась к пари вполне серьезно. Я предложила, она поддержала.

— Когда-нибудь ты огребешься, — процедил он и повернулся ко мне с решительным видом. — Следовало давно сказать, а я не мог… Эва, несколько дней назад она подкараулила меня после работы…

— Подкараулила? — фыркнула Ильмира. — Мы встретились случайно. Как в кино.

— Подкараулила и сказала, что хочет поговорить по важному вопросу. Ну, и… внезапно поцеловала. Эва, это вышло случайно! Я бы врезал ей, но женщин не бью. Довольна? — обернулся он к смуглянке. — Теперь твоя очередь. Выполняй условия.

Та рассмеялась.

— Что поделаешь, я передумала спорить. Терпение — не моя черта, а ты не пошел навстречу. Так что я выбрала игру поинтереснее. В отличие от тебя, твоя подружка посчитала мое предложение актуальным. Не мешай. Дай нам развлечься.

Вот почему они общались на «ты». Вот почему в последнее время Мэл периодически впадал в задумчивость, витая где-то. Потому что они столкнулись, случайно или нет, и поцеловались. А может, дело не ограничилось поцелуями?

Наверное, в привычном состоянии меня бы потрясли слова Мэла о том, что он встречался с девицей за моей спиной и скрыл сей факт. Да еще позволил поцеловать себя и… не оттолкнул, а наоборот, притянул южанку. Боже, в голову полезли бы картинки одна красочнее другой! Вместо гонок я сгоряча бы ринулась домой, чтобы собирать вещи и паковать чемоданы.

Но сегодня настойка паратиры булькала в ушах, и приобретенное бесстрашие подсказало мне, что Мэл, терзаясь раскаянием, мечтал повернуть время вспять. Он и подумать не мог, что случайная встреча с Ильмирой будет иметь последствия. Бессмысленно обвинять Мэла в неверности. Он, как и я, стал жертвой хитроумной стратегии, ибо дочка дипломата пошла в наступление по всем фронтам, обработав нас обоих. И теперь, посмеиваясь, наблюдала за реакцией.

Вместо того, чтобы ныть и виноватить Мэла, следовало зарядить хороший хук и вышибить барракуде зубешки, подготовив платформу для вставной челюсти.

— Если я выиграю, ты исчезнешь из моей жизни. Навсегда. Нам двоим тесно в одном городе.

— Не проблема, — усмехнулась Ильмира. — Хотя мне дышится прекрасно.

«Потому что я не обращаю внимания на мошкару» — сказал ее взгляд. Она не воспринимала меня всерьез: ни как препятствие, ни как достойную соперницу.