Синдром бесконечной радости

Но все равно его как-то же обездвижили как минимум? Он парень не мелкий, на пол бы упал с грохотом, а соседи ничего не слышали.

– Неожиданный удар в болевую точку, следов нет, если профессионал работал, – упорствовал Добрыня, и Анна невольно прониклась к нему благодарностью – выходило, что Вовчик изо всех сил пытается обелить в ее глазах Валерия, которого даже никогда не видел.

– Ну, хоть пятно-то должно остаться? – упорствовал Тимур.

– А его искали?

Сагитов побагровел, лысина покрылась испариной:

– А ты прав. Не искали. Если ударили, скажем, пальцем, то огромного синяка не будет… – Он вскочил из-за стола и умчался в холл, на ходу вырывая из кармана телефон.

Добрыня проводил его взглядом и повернулся к Анне:

– Вы всегда верите всему, что вам говорят и показывают? Ну, похож мужик фигурой – что с того?

– Тут не только в этом дело… Валера в курсе всех моих дел, он сестру мою хорошо знает, знает о ее привычках… вполне мог этим воспользоваться. Он знает о предложении «АлмазЗолотоИнка» по поводу слияния.

– И что? Я так понимаю, на вас давят, вы не хотите отдавать комбинат, и сестра ваша стала заложницей ситуации?

– Да… здесь вообще многое происходит, и Валера вполне может быть в этом замешан. Вы просто не представляете, какие деньги на кону, Вовчик. Золото…

– Я всегда говорил, что от больших денег людям срывает крышу. Вы подозреваете всех, даже человека, с которым делите постель, – как можно так жить?

– Если вы думаете, что я держусь за деньги, то нет, не особенно – их у меня и после слияния останется больше, чем я смогу потратить, – произнесла уязвленная его словами Анна. – Я не хочу, чтобы все, что сделал в этом городе мой муж, пошло прахом. Не хочу, чтобы город вновь превратился в грязный умирающий поселок с пьющими жителями. Не хочу! А «АлмазЗолотоИнк» сразу убивает всю социальную структуру, мы ведь навели справки, я для того и держу на комбинате Тимура – он все пробил, все узнал. Узнал и то, что директор одного из заводов, не согласившийся на условия, погиб. И точно так же погибли члены нашего совета – Анжела Липская и Артем Строкин. Я думаю, что тоже есть в этом списке, но без моей подписи ничего не состоится, потому у меня просто украли сестру.

– А Валерий… он тоже акционер?

– Да.

– Тогда почему вы сбрасываете его со счетов? Уверены, что он приложил руку к происходящему? И доказательства есть, кроме вот этих снимков? – Добрыня кивнул в сторону папки, сиротливо сдвинутой на угол стола.

Анна молчала. Подозревать Валерия было отвратительно, невыносимо больно. Но стоило ей задуматься – и картина складывалась весьма неприглядная и не в пользу Валерия.

– Из вашего молчания, Анна, я делаю вывод, что Валерий для вас по другую сторону баррикад, да? – чуть надавил Добрыня.

– Я не знаю, – призналась она.