Сильнее ветра

На все эти мои фразы он неизменно смеялся, а затем заваливал на ближайшую горизонтальную поверхность и одаривал нежнейшими поцелуями каждый сантиметр тела.

И, пожалуй, единственное, что меня раздражало – это его любовь к рисованию. Нет, не так. Убийственно сильная любовь к рисованию. Иногда, я словно отходила на второй план, и как бы я не старалась не обижаться, всё равно эти срывы случались."

"Хочешь потерять расположение Эйдена? Легко. Нужно всего лишь в момент мужского творческого порыва забрать у него из рук грифельный карандаш. Один раз я имела неосторожность совершить столь воистину ужасающий поступок. Время было два часа ночи, я не могла уснуть и с чувством девчачьего долга пропела монолог о том, как он меня не ценит, как мало внимания уделяет и прочую подобную чепуху, восемьдесят процентов которой являлось откровенной ложью. Я так не думала, и он старался всегда находить для меня время. Но моя так не к месту проснувшаяся эгоистичная натура посчитала уместным вывалить всё это на него в самый неподходящий момент. Он отреагировал спокойно и сказал, что подойдёт через десять минут. Но я, решив, что это вечность, совершила то, что совершила. Он не произнёс ни слова, пока смотрел, как этот бесценный карандаш в моих руках превращается в горку неровных обрубков. И только, окончательно расправившись с неодушевлённым предметом, в этом долгом пронизывающем взгляде я смогла прочитать то, что буквально светилось неоновой строкой: «Ты не карандаш сломала. Ты вырезала у меня почку».

Только в тот момент я поняла, насколько это для него важно. И больше никогда не пыталась повторить этот опасный для наших отношений манёвр. Не считая, конечно, этой проклятой командировки в Австралию, из-за которой всё пошло наперекосяк.

– Ты забыл про вот это? – игнорируя вопрос и не желая подогревать и без того доведённую до кипятка мужскую самооценку, я приблизила к телефону свой безымянный палец, украшенный тонким ободком из белого золота. – Я уже начала обдумывать свадебную клятву.

– И как, успешно?

– Ты будешь рыдать.

Коротко рассмеявшись, он закинул одну руку за голову, с интересом рассматривая моё воинственно настроенное лицо.

– Хочешь довести меня до слёз? – вкрадчиво уточнил он, вовлекая меня в омут зелёных глаз.

На короткое мгновение я подвисла.

– Если только немного.

– Думаю, я заслужил, – одобрительно кивнул он. – Куда собираешься?

– В компании появилась новая звезда, – небрежно бросила я, делая выбор в пользу простых джинсов, белой футболки и удлинённого чёрного жакета.  – Мне нужно взять у него интервью и написать огромную статью, которая вызовет резонанс в спортивном мире

– А что с голосом? – полюбопытствовал он, прикладывая ладонь ко рту и подавляя рвущийся наружу зевок.