Сильнее ветра

Ну прям утешила.

– Торт же будет?

– Да! – Мои глаза сразу загорелись.

Мама считала сладкое самым великим злом на планете. Я была уверена, что маньяки и убийцы в её личном списке тяжких преступлений располагались строчкой ниже. Но именно в день рождения мне снисходительно разрешали съесть пару кусочков моего самого любимого лакомства.

– Будет торт с карамелью и грецким орехом!

– Боже, Джо, – фыркнула Стеф. – Я каждый раз поражаюсь твоей радости от простого куска торта. По десятибалльной шкале странностей это потянет на все девять. Но потом вспоминаю твою мать и думаю, что на твоём месте радовалась бы и чайной ложке сахара.

Вывалить всё, что взбредёт в голову – в этом вся Стеф."

"– Плевать на торт. Есть новости поважнее, – отмахнулась она, словно эта тема изжила себя ещё год назад. – Как тебе новый сосед? О нём уже вся улица трещит. Он такой красавчик! – Сложив ладони вместе на уровне груди, она восторженно подняла глаза к потолку. Для полного набора не хватало струйки красных сердечек вверх.

На моём лице отразилось недоумение.

– Какой сосед?

– Как, какой?! – поражённо всплеснула она руками. – Твой, конечно! Они переехали пару дней назад в соседний дом.

– Слышала что-то, – пробормотала я, вспоминая, как вчера мы с мамой подъехали к дому, и какие-то молодые ребята таскали коробки и громко ругались. Она смерила их таким взглядом, словно перед ней не люди, а мерзкие насекомые. – Что, прям красавчик?

Стеф часто неоднозначно реагировала на противоположный пол, восхищалась тем или иным парнем, через пару дней напрочь забывая, что он ей приглянулся.  Мне было всё равно. Мне никто не нравился. Никогда.

– Сама сейчас увидишь, – она понизила голос, будто нас кто-то мог подслушать и ткнула пальцем в сторону праздника, который чудесно проходил без меня. – Он там. Его родители какие-то шишки, и твои их пригласили.

– Ну пойдём, посмотрим на этого красавчика, – только, чтобы поддержать подругу проговорила я и, тщательно разгладив невидимые складки на платье, наверное, больше для того, чтобы отложить момент моего появления, отодвинула дверь в сторону.

Из колонок доносилась незнакомая весёлая песня, пока я с натянутой на лицо гримасой радости шефствовала по выстриженному травяному полотну. Две нанятые официантки, одетые в белые рубашки и чёрные до колена юбки, с доброжелательными улыбками ходили между гостями, держа в руках подносы, заставленные закусками и напитками. Как и предполагалось, приглашённые гости разбились по небольшим группам по интересам и оживлённо переговаривались. Я знала многих и всё же видела незнакомые лица. Кто-то из ближайшей к нам группы крикнул: «С Днём Рождения, Эмили!», и я улыбнулась в ответ, толком не понимая, кому именно.