Сильнее ветра 2. Горизонт свободы

Но от злости у меня разве что кожа не трескалась, и прежде чем успокоить её, мне нужно было успокоиться самому.

Ответы. Я хотел услышать ответы.

Об Эм не могли узнать. Я не имел с ней никаких контактов больше года. Последние встречи не считались, потому что в первом случае я открыто продемонстрировал неприязнь, о втором никто не догадывался. Я всегда был осторожен, и у нас с Мейсом имелись прикормленные парни из личной охраны Руиса. Информация о спланированной подставе не прошла бы мимо нас.

Припёрлась сама? Зачем? Вариант «из-за большой любви ко мне» я отмёл сразу. Подобное поведение было совершенно не в характере Эм.

Тогда что?

Догадка появилась спустя тридцать секунд нашего тяжёлого молчания.

Ну конечно… Подпольные бои… Сенсационная статья для неугомонной журналистки.

– Зачем и как ты сюда попала? – убедившись в отсутствии любых следов на её теле, спросил я.

Глаза Эм удивлённо распахнулись.

– Может… Давай… давай сначала отсюда выберемся?

Как у неё всё просто. Интересно, она вообще понимала, что наша встреча – это не больше, чем везение? Мне захотелось наорать на неё, встряхнуть, что-нибудь истерично разбить, чтобы она больше никогда не смела совершать подобную глупость. Но вместо этого я криво усмехнулся. Эм не понимала такого языка. Нужно красочно обрисовать последствия.

– Мне повторить вопрос?

Голубая радужка вспыхнула раздражением. Принцессе не понравился грубый тон, и нешуточная внутренняя борьба разыгралась прямо на моих глазах. Что же победит?

– Это неважно. Выведи меня отсюда!

Какие знакомые вибрации. Она реально была отбитой, раз считала, что может в данной ситуации включать режим командора.

Я давно понял: чтобы договориться с Эм нужны радикальные меры. И именно страх являлся самым действенным стопом перед лицом опрометчивых поступков. Ей нужен был урок, который она никогда не усвоит по собственной воле.

– Тогда раздевайся, – заткнув все чувства, с обманчивым спокойствием озвучил я и, лениво проехавшись взглядом по её фигуре, закинул ногу на ногу в ожидании представления.

Жестоко. Но наказание не бывает приятным.

– Чт… Что?

Меня совсем не радовала растерянность на красивом лице, которое хотелось нежно целовать.

Мой друг внизу активно запротестовал. Он не хотел нежностей. В этих адреналиновых обстоятельствах хотелось стянуть шорты, нагнуть и удовлетворить собственную похоть в отношении милой блондиночки. Ей бы понравилось. Но я затыкал пасти инстинктам, садил себя на толстую цепь.

– Ты плохо слушала Тревора, – я наигранно покачал головой, чувствуя, что до моего срыва осталось совсем немного, и ей лучше начать думать. – У тебя очередь из желающих. – Я кивнул на дверь, за которой уже началась традиционная вечеринка. – Давай не будем заставлять парней ждать.