Силиконовая надежда

Может, потому она такая холодная и отстраненная, ее ничто не трогает и не вызывает эмоций? Как история с этой девочкой сегодня? Так странно, что женщина не проявляет ни капли сочувствия, только деловой подход – нужно то-то и то-то, сделать так-то и так-то. А может быть, она и права? Может, если не принимать проблемы пациента близко к сердцу, можно оттянуть момент эмоционального выгорания, которое почти неизбежно в нашей профессии?»

Анна

Гек позвонил сам. Он крайне редко делал это, только если ему срочно было что-то нужно. В последнее время он практически не выходил из дома, и я привозила ему продукты. Правда, он не особенно замечал, что ест – лишь бы было. Я готовила ему разные блюда, но Гек с одинаковым выражением лица поглощал жирные гамбургеры из службы доставки и приготовленные мной тако с треской и салатом из двух видов капусты.

– Какая разница, как выглядит еда? – говорил он, когда я, слегка обидевшись, пеняла ему на то, что он совершенно не замечает моих усилий. – Еда должна насыщать, а все остальное – глупости.

– Зачем же тогда придумали рестораны и авторскую кухню?

– Для развода напыщенных индюков на деньги. Ради престижа люди готовы выкладывать огромные бабки за ту же, в принципе, еду, что могли бы готовить дома сами, но с куда меньшими затратами. Да и вообще какая разница, сколько времени отнимает приготовление чего-то, если съедается все примерно за одно и то же время?

– В вашей семье не принято было готовить?

– В нашей семье некогда было готовить. Кто работал, кто учился – и все читали, – усмехнулся Гек и слегка скривил лицо, как будто эти воспоминания причиняли ему боль, а я вспомнила огромную пыльную библиотеку.

– Что же вы ели?

– Когда что. Полуфабрикаты в основном – то, что можно наскоро разогреть в сковороде. Я в столовку ходил и в школе, и в универе.

И мне тем более было непонятно его равнодушие к моим кулинарным экзерсисам – всегда думала, что человек, видя лучшее, стремится оценить его или хотя бы остается благодарен за то, что ему это показали. Но, похоже, Геку вообще не было знакомо такое чувство, как благодарность, он воспринимал все происходившее с ним как должное.

Сегодня он позвонил, к моему удивлению, абсолютно без повода. Так и сказал:

– Соскучился, и погода неплохая. Может, в парке погуляем?

Это было удивительно – он старался не покидать пределов квартиры, если не было острой необходимости, и я смутно догадывалась о причинах. И вот сегодня…

– Ты уверен? – осторожно спросила я, лихорадочно соображая, надо ли звонить Мише и говорить об этом.

– А ты не хочешь? Или занята?

– Нет, что ты. Я на работе еще, но уже освободилась, осталось только переодеться. Я на машине, так что быстро приеду. Можем покататься.

– Нет, я хочу просто погулять.

– Как скажешь.