Сила рода. Том 7

— Расскажи мне про политическое устройство вашего мира.

Как я и предполагал, Зуй и Кроп выдвинулись в авангард, а Десен решил развлечь себя разговором.

Гориц плёлся в арьергарде и то и дело прикладывался к мехам с кислым винишком, а Ханурики с пацанами тащили какую-то ерунду, типа треноги, котелка и прочую снарягу.

Что до Тирума, то он делал вид, что патрулирует окрестности, но, судя по его эмоциям, бедуин уже извелся в ожидании подходящего момента.

Мне же приходилось идти пешком со скоростью верблюда, но я не жаловался.

— И что, князь указывает дворянам, что делать?

Я честно описал Десену политическое устройство княжеств, и он никак не мог понять, почему самый сильный дворянин не возьмет власть в свои руки.

— Дворяне договариваются между собой и ставят фигуру, которая будет устраивать всех, чтобы, скажем так, передохнуть от бесконечных войн.

— Ага, понял, — кивнул работорговец. — Это как в Цитадели. Только там вместо князя Совет.

— Дайте угадаю, — усмехнулся я. — Совет достойных людей города, куда входят те же самые дворяне и, возможно, богатые купцы.

— Верно, — Десен довольно рассмеялся. — А ещё аристо.

— Скажем так, — Десен задумчиво посмотрел на северо-восток. — Аристо — это бывшие купцы или военные, получившие дворянский герб. По идее, они равны дворянам, но, насколько я знаю, у них нет родовой магии, да и отношение к ним несколько пренебрежительное.

Ну, тут понятно. Потомственное и жалованное дворянство. Старая сытая гвардия против молодой и голодной.

— Я считаю, что этот политический строй обречен, — продолжил тем временем Десен. — То ли дело Крепость или даже Бастион!

— Монархия? — предположил я.

— Диктатура, — усмехнулся Десен. — Принц Влад хоть и наследный правитель, но действует с поразительной эффективностью. Говорят, что его подданные даже спят точно по расписанию!

Восторгов Десена я как-то не разделял, но понятливо кивать и хмыкать в нужных местах не забывал.

— Самодур? — уточнил я.

— И да и нет, — задумался Десен. — Насколько я знаю, Крепость живет в постоянном состоянии войны. И если противостояние с Цитаделью перешло в вялотекущий конфликт, то с побережьем все серьезней.

— С побережьем? — одним ухом я внимательно слушал работорговца, другим ждал сигнала от Тирума.

— Ну да, — Десен достал из притороченной к поясу сумки трубку из вишневого дерева. — У них же там, что ни день, так нападение, что ни ночь, так Волна. И я даже не знаю, проклятье это или благословение.

— В смысле? — не понял я.

— Монстры глубин постоянно пробуют Крепость на прочность, в результате чего ежедневно гибнут люди. Но эти же самые монстры идут на зелья и редчайшие ингредиенты, из чего в дальнейшем складывается торговая и магическая мощь государства.