Сила рода. Том 7

В руках он держал золотую цепочку, которая крепилась к ошейнику, надетому на тощую шею мальчишки лет десяти.

Время от времени жирдяй с силой дергал цепочку, и пацан был вынужден бежать вперед, чуть ли не врезаясь в жирную задницу Ков’Альдо, чтобы не упасть на землю.

От увиденного кулаки сжались сами собой, и я с трудом заставил себя усидеть на месте.

Ждан заметил мою реакцию и едва заметно покачал головой.

— Даже не думай, Михаил. Лучше смотри и запоминай, кто есть кто. Кстати, вон тот воин, вышедший навстречу Саргону, и есть Бадуш Лар’Тарго.

А вот Лар’Тарго в пику Ков’Альдо, был сух и поджарист. Явно опытный воин, прошедший ни один десяток боев.

Пластика, скупые жесты опытного воина, разливающаяся вокруг него уверенность — все говорило о том, что Бадуш опасный противник.

— Ну все, сейчас начнется…

Лар’Тарго и Ков’Альдо обменялись парочкой, фраз, прошли на центральный и единственный балкончик, выполненный на манер императорской ложи, и Бадуш разрешающе махнул рукой.

Загремели барабаны, и прямо под центральным балкончиком появился распорядитель боев.

Наверняка маг, поскольку его голос свободно разливался по всему немаленькому помещению.

— Дамы и господа, рад приветствовать вас на четырнадцатых боях, устраиваемых достопочтенным Бадушем Лар’Тарго!

Трибуны тут же разразились приветственными аплодисментами, а довольный Бадуш привстал и отвесил легкий полупоклон.

— Он, кстати известный дуэлянт, — шепнул мне Ждан, — вызвал и убил в поединке двух дворян, которые…

— Дай догадаюсь, которые мешали планам его семьи?

— Ков’Альдо, — поправил меня Ждан. — Мешали планам Ков’Альдо. Лар’Тарго — цепные псы клана. Говорят, именно глава дома, Ларгус, сделал своих союзников аристократами.

— А, впрочем, — покивал я, — ничего нового.

Бои, тем временем, начались с поединка двух воинов, вооруженных короткими мечами.

И я, честно говоря, был этому рад, потому что вряд ли бы усидел на месте, появись на арене несовершеннолетние мальчишки.

Бой, тем временем, выдался достаточно интересный. Воины то яростно сшибались, то отскакивали назад и уходили в глухую оборону.

На мой взгляд, поединок был явно срежиссирован, поскольку длился уже две минуты, а гладиаторы всё ещё не получили ни одной серьезной раны.

В настоящем бою так не бывает.

Когда выходишь сражаться, в голове бьется одна-единственная мысль: убить врага раньше, чем он убьет тебя.

Если ты не одаренный, то как бы ты ни был крут, спустя пять минут ты выдохнешься и ослабнешь.

Поэтому все эти зрелищные удары мечами, блоки и финты — это постанова.