Ваше Сиятельство 4т (СИ)

— Ну, слышал кое-что, — от этих слухов мне стало еще веселее, и я сказал так: — По моей версии имелся у почитателей Морены ритуальный зал. Располагался он где-то там, под поместьем мрачного барона Железняка под землей. Зал этот служил для очень скверных ритуалов — жертвенные убийства людей. Так вот в пятницу, за этим темным занятием застали всех поклонников Морены некие светлые силы. Застали и жестоко наказали за все прошлые прегрешения. Говорят, боги там тоже себя как-то проявили.

— Ты, как я догадываюсь, имеешь отношение к тем «светлым силам»? — Еграм прикурил.

— А как же без меня, — я усмехнулся и подмигнул Лужину. — Лучше поделись слухами, кто из «волков» остался жив? Как я понимаю, Варги и Лешего больше на этом свете нет."

"— Да, в понедельник Варгу похоронили. А Лешего только вчера. Говорят, до странного мало собралось на его похороны, хотя был он человеком видным, влиятельным, пришло всего человек двадцать, в основном слуги, родственники. Похоронили там же, Южных Садах Персефоны, только в противоположной стороне кладбища от склепа Синицыных. Кто выжил?.. — граф Сухров в задумчивости выпустил струйку дыма вверх. — Знаю только двоих таких, но они больше не «волки». Собираешься из тоже достать?

— Нет. Если они не перейдут мне дорогу, я их не трону, — пообещал я, подозревая, что эти двое могут быть приятелями Еграма. — Не слышал насчет Джеймса Лаберта? Он тоже вполне мог быть в том подземном зале. Вот его судьба мне интересна особо.

— Нет, о нем не знаю. Я постараюсь узнать, но сам понимаешь, Лаберт — он всегда в стороне и о нем не слишком много знал даже сам Леший, — щурясь от дыма, попавшего в глаза, сказал Сухров.

Мы еще поболтали немного о «волках», о сгоревшем клубе и слухах из Резников, где больше не орудует по вечерам банда Лешего, но взамен появляются какие-то другие неприятные личности. Потом как-то разговор повернулся о девушках.

— Ленская тебя в понедельник очень искала. Спрашивала у Груши, а вчера даже к Ковалевской рискнула подойти. Насколько я понял, поговорили мирно, — сообщил Лужин.

— Кстати, вот и княгиня идет, — заметил Сухров, смотревший на школьные ворота.

Я повернулся и увидел Ольгу. Она шла через школьный двор в золотистом атласном костюме, который блестел в лучах утреннего солнца.

— Пойду, узнаю, что от нее Ленская хотела, — сказал я, выкидывая окурок в урну.

— Так ясно что — тебя хотела, — рассмеялся Лужин.

— Извиняюсь, вынужден откланяться — дела сердечные, — шутливо сказал я Сухрову с Лужиным и направился навстречу княгине.

Мы поцеловались. Теперь Ольга не стеснялась этого делать при всех. И какая может быть в школе дворянская этика в таких вопросах? В нашей школе ее давно уже нет.