Сияние

 – Это важно! Это чертовски важно!

– Джек, нам необходимо вывезти его отсюда. Он сейчас…

Дэнни вдруг начал беспокойно крутиться у нее на руках. Апатичное, отсутствующее выражение на его лице вдруг сломалось, как трескается слой льда, сковывавший прежде живую материю. Его губы брезгливо скривились, словно он попробовал на вкус что-то очень неприятное. Зрачки расширились. Руки взлетели вверх, будто пытаясь закрыть глаза, потом вновь бессильно упали.

Внезапно он обмер на руках у Уэнди, а потом выгнул спину, заставив ее пошатнуться. И начал кричать: безумный визг вырывался из его горла. Эти звуки, казалось, заполнили собой все пространство, волнами возвращаясь назад, как плач баньши. Впечатление было такое, что визгом исходил не один Дэнни, а сотни ему подобных одновременно.

– Джек! – в ужасе воскликнула Уэнди. – Боже мой, Джек! Что с ним происходит?

Джек сорвался со стула, чувствуя онемение во всей нижней части тела, испуганный, как никогда прежде в своей жизни. В какую же черную дыру заглянул его сын? В какое зловещее гнездо? И кто его там так больно ужалил?

– Дэнни! – взревел он. – Дэнни!

И Дэнни увидел его. Он вырвался из материнских объятий с такой неожиданной и яростной силой, что Уэнди не смогла удержать его. Она качнулась назад и чуть не упала в одну из кабинок.

– Папочка! – закричал он, бросаясь к Джеку с глазами, полными ужаса. – О, папа, папочка! Это была она! Она! Она! О, папочка-а-а!

Он врезался в Джека, и тот тоже едва устоял на ногах. Мальчик сначала вцепился в отца, словно собираясь поколотить его, потом ухватился за брючный ремень и разрыдался ему в рубашку, сквозь ткань которой Джек кожей чувствовал разгоряченное лицо сына и его непрерывно шевелившиеся губы.

Папочка, это была она.

Джек медленно поднял взгляд на Уэнди. Его глаза блестели, как две мелкие серебряные монеты.

– Уэнди? – Его голос звучал негромко, даже вкрадчиво. – Что ты с ним сделала, Уэнди?

Ошеломленная жена уставилась на него, не веря своим ушам, ее лицо побледнело.

– Джек, неужели ты всерьез?..

За окном снова повалил густой снег.

Глава 29

Разговор на кухне

Джек отнес Дэнни, которого по-прежнему сотрясали рыдания и который отказывался оторвать лицо от рубашки отца, на кухню, где передал на руки Уэнди. Она казалась растерянной и обескураженной.

– Джек, я не знаю, о чем он говорит. Пожалуйста, поверь мне!"

"– Я верю, – отозвался он, хотя в глубине души не мог не признаться, что столь внезапный поворот сюжета доставил ему некоторое удовольствие. Но его вспышка подозрительности в отношении Уэнди была наигранной. Ведь он прекрасно знал, что она скорее обольет себя бензином и чиркнет спичкой, чем обидит Дэнни, не говоря уже о том, чтобы причинить ему боль.

На плите забулькал чайник.