Сияние

Ничего подобного он не испытывал уже многие годы. Его вдруг захватила мысль, что большая книга, которой он полушутя обещал когда-нибудь разразиться, могла стать явью. Она, вполне вероятно, уже лежала прямо здесь, погребенная среди этих неопрятных кип бумаги. Это мог быть роман, исторический труд или комбинация беллетристики и фактов – огромная книга, сюжетные линии которой из центра повествования способны протянуться в сотнях направлений.

Джек встал под покрытой паутиной лампой, вытащил из кармана носовой платок и совершенно автоматическим жестом вытер губы. Как раз в этот момент он увидел альбом.

Слева от него стояли пять коробок, криво нагроможденных друг на друга, подобно уродливой Пизанской башне. Верхняя коробка была заполнена гроссбухами и старыми счетами, но венчал это сооружение, как бы поддерживая равновесие и не давая «башне» рухнуть, толстый альбом в белом кожаном переплете, скрепленный двумя золотыми шнурами, завязанными замысловатыми узлами-бантиками.

Исполненный любопытства, он подошел и взял альбом. На верхней обложке скопился толстый слой пыли. Подняв альбом, Джек сдул целое пыльное облако, а потом открыл обложку. И стоило ему сделать это, как из альбома вылетело нечто вроде карточки или почтовой открытки – он успел подхватить ее в полете, не дав упасть на замызганный пол. Это оказался дорогой, отпечатанный на кремовой бумаге пригласительный билет с рельефным изображением «Оверлука», каждое окно которого ярко светилось. Лужайка и игровая площадка были украшены сияющими японскими фонариками. Казалось, при желании ты мог просто шагнуть туда, прямо в отель «Оверлук», каким он представал перед гостями тридцать лет назад.

Хорас М. Дервент

просит оказать ему честь

и принять приглашение на

бал-маскарад в ознаменование

торжественной церемонии открытия

ОТЕЛЯ «ОВЕРЛУК»

Ужин будет подан к 20.00

Снятие масок и начало танцев в полночь

29 августа 1945 г.

(Просьба ответить)

Ужин в восемь! Снятие масок в полночь!

Он почти мог видеть их в зале ресторана – самых богатых людей Америки и их спутниц. Смокинги и накрахмаленные до хруста сорочки; вечерние платья дам; звуки оркестра; блеск туфелек на высоких каблуках. Звон бокалов, пробки шампанского в потолок. Война закончилась или почти закончилась. Впереди простиралось будущее – ясное и светлое. Америка стала Всемирным колоссом, но теперь она знала об этом и охотно принимала на себя такую роль.

А позже, когда пробило полночь, Дервент лично бросил клич: «Маски долой! Маски долой!» Все сняли маски и…

(Красная смерть властвовала повсюду!)

Он нахмурился. Из какого темного угла памяти вылезла вдруг эта строчка? Это же цитата из По – Великого Американского Литературного Поденщика.