Сияние

)

Она подскочила к ним обоим, кое-как выхватила Дэнни из рук Джека (от нее не укрылся полный злобного упрека взгляд мужа, но она отбросила все мысли об этом) и подняла его. Затем отнесла ребенка, обхватившего ее за шею, в маленькую спальню. Джек поплелся за ними.

Уэнди села на край постели Дэнни и принялась укачивать его на руках, успокаивая бессвязными фразами, которые повторяла снова и снова. Еще раз посмотрела на Джека, но теперь не увидела в его глазах ничего, кроме тревоги за сына. Он вопросительно вскинул брови. В ответ она смогла только чуть заметно покачать головой.

– Дэнни, – твердила она. – Дэнни, Дэнни, Дэнни. Все в порядке, док. Все хорошо.

Через какое-то время Дэнни почти полностью затих, слегка подрагивая у нее на руках. Но когда он заговорил, то сначала обратился к Джеку, который тоже сел рядом на кровать, и Уэнди почувствовала давно знакомый укол

(Он всегда для него первый, всегда и во всем)

ревности. Джек только и делал, что кричал на него, а она успокаивала, однако именно отцу Дэнни сказал:

– Прости меня, если я плохо себя вел.

– Тебе не за что просить прощения, док. – Джек потрепал его по голове. – Но что, черт возьми, там произошло?

Дэнни покачал головой, как в полусне.

– Я… Я не знаю. Почему ты просил меня не заикаться, папа? Я же не заикаюсь.

– Конечно, нет, – с горячностью подтвердил Джек, но Уэнди почувствовала, словно кто-то холодным пальцем прикоснулся к ее сердцу. У Джека был ошеломленный вид, будто этим вечером ему явился никому больше не видимый призрак.

– Там было про какой-то таймер… – пробормотал Дэнни.

– Что?! – Джек резко склонился к нему, и Дэнни крепче прижался к матери.

– Джек, ты пугаешь его! – В ее голосе звенело обвинение. Внезапно она поняла, что им всем страшно. Но чего же они боялись?

– Я не знаю, я не знаю, – отвечал Дэнни отцу. – А что… Что я такого тебе сказал, папа?

– Ничего, – едва слышно выдавил из себя Джек.

Он достал из заднего кармана брюк носовой платок и вытер им рот. А у Уэнди снова появилось тошнотворное чувство времени, текущего вспять. Этот жест она хорошо помнила по его запоям.

– Зачем ты запер дверь на замок, Дэнни? – мягко спросила она. – Почему тебе это понадобилось?

– Тони, – сказал он. – Тони велел мне сделать это.

Родители обменялись взглядами поверх его головы.

– А Тони объяснил, для чего это было нужно, сынок? – осторожно спросил Джек.

– Я как раз чистил зубы и думал о чтении, – ответил Дэнни. – Думал очень, очень сильно. И тогда… Я увидел Тони далеко в глубине зеркала. Он сказал, что должен мне что-то показать.

– То есть он стоял у тебя за спиной? – спросила Уэнди.

– Нет, он был прямо в самом зеркале, – подчеркнул Дэнни. – Очень далеко внутри его. А потом и я вошел в зеркало.