Северное сияние

Когда она нежилась под лучами солнца, то ее пышная шерсть переливалась всеми красками осени: тут тебе и золотисто-оранжевый, и коричневый, и винно-красный, и бронзовый, и палевый, и огненно-рыжий, и цвет спелых пшеничных колосьев, и еще множество других оттенков, которые описать слов не хватит. Как Лира мечтала запустить пальцы в этот сказочный мех, потереться об него щекой! Но делать этого было нельзя ни в коем случае. Никто и никогда не посмел бы коснуться альма другого человека. Альмы между собой могли делать что хотели: играть, ласкаться, драться, но для человека чужой альм — табу, которое неукоснительно соблюдали даже воины в рукопашных схватках. Подобных правил Лире никогда специально не объясняли; она просто бессознательно чувствовала это, как чувствует, например, человек дурноту, и знает, что ему плохо, а вот покой, наоборот, хорошо. Так что девочка могла сколько угодно любоваться роскошной рыжей шубкой Софоны и даже размышлять о том, какая она на ощупь, но все равно ей и в голову не приходило просто взять и погладить дивную кошку-альма.

Насколько Софона светилась здоровьем и красотой, настолько слаб и немощен был Фардер Корам. Либо его точил какой-то смертельный недуг, либо он перенес страшное увечье, но ходить дряхлый старец мог только, опираясь на два костыля, все его скрюченное тело беспрестанно тряслось, словно в лихорадке. Однако ум его был ясен, остер и свеж, и вскоре Лира очень привязалась к Фардеру Кораму. Он стал для нее кладезем премудрости, а его могучая воля властно направляла девочку к истине.

Как-то ранним солнечным утром они сидели на лодке старика. Лира, как всегда, вертела в руках веритометр.

— Как вы думаете, Фардер Корам, песочные часы — это что? Стрелка все время на них застывает.

— А ты присмотрись повнимательнее. Что там такое на самом верху?

— И что же, по-твоему, это может означать?

— Верно. Вот и получается, что песочные часы могут означать «смерть». Если мне память не изменяет, это второе значение символа. А первое, разумеется, время.

— А знаете, что я заметила? Стрелка прошла полный круг, потом снова начала двигаться и остановилась на песочных часах. Вы же сами сказали, что «смерть» — второе значение. Получается, что каждый оборот — это… значение?

— Возможно, детка. А о чем ты спросила веритометр?

— Ну, я просто… — До Лиры вдруг дошло, что она и в самом деле хотела задать вопрос. — Я взяла и установила три короткие стрелки на картинки… В общем, я все время думала, как там разведчики и господин де Ройтер. Вот я и выбрала змею, тигель и улей, а на самом деле хотела узнать, как у них дела…

— Но почему именно эти три символа?

— Ну, — замялась Лира, — мне показалось, что змея — это хитрость.