Сияющая цитадель

— Можно мне уйти, ваше величество? — спросила Алиэн с пылающим от унижения лицом.

— Конечно, дорогая, — сочувственно сказала Элана.

— Погоди, Элана, — вмешался Сарабиан. — Подойди ко мне, дитя мое, — сказал он Алиэн.

Та робко подошла к его креслу и присела в неловком реверансе.

— Что угодно вашему величеству? — спросила она едва слышно.

— Не обращай внимания на Оскайна, — дружески сказал он. — Чувство юмора иногда берет в нем верх над вежливостью. Так что же ты хотела нам сказать?

— Это глупость, ваше величество. Я всего лишь неученая девушка. Мне вообще не нужно было подавать голос.

— Алиэн, — очень мягко сказал Сарабиан, — ведь это ты предложила нам вынести все документы из министерств и рассыпать их по лужайкам, и эта идея оказалась просто замечательной. Не знаю, как другие, но я выслушаю все, что бы ты ни захотела сказать. Прошу тебя, продолжай.

— В общем, так, ваше величество, — сказала она, краснея еще гуще, — как я поняла то, что сказал милорд Стрейджен, эти люди хотели спрятать то, что они написали, а потому сделали новые бумаги и положили их на место тех, которые решили спрятать от нас.

— Да, судя по всему, они именно так и поступили.

— Ну что ж, если новая бумага — белая, а старая — желтая, не значит ли это, что, если у кого-то в папке белые бумаги перемешались с желтыми, значит, ему есть что скрывать?

— Боже милосердный! — воскликнул Стрейджен, звонко хлопнув себя по лбу ладонью. — Как же я мог оказаться таким тупицей?

— И я тоже, — добавил Кааладор. — Мы оба прошли мимо самого простого и очевидного решения. И как только это могло случиться?

— Если б я хотела съязвить, я сказала бы, мастер Кааладор, что это случилось потому, что вы мужчины, — баронесса Мелидира сладко улыбнулась, — а мужчины просто обожают ненужные сложности. Однако язвить нехорошо, а посему я этого не скажу. — Она лукаво взглянула на двух воров. — Я могу так думать, но говорить вслух — ни-ни.

— Этому есть весьма простое объяснение, ваше величество, — говорил Теовин. — Вы уже и сами отыскали его.

Теовин, глава тайной полиции министерства внутренних дел, был сухим, тощим человеком с совершенно непримечательной внешностью. Он выглядел так обыкновенно, что, по мнению Элана, должен был быть почти идеальным сотрудником тайной полиции.

— И что же это за блестящее объяснение, которое я уже нашел, сам того не заметив? — ядовито осведомился Сарабиан.

Теовин поднял пожелтевший лист бумаги, который только что передал ему император.

— Как изволили указать ваше величество, чернила на этом документе совершенно выцвели. Сведения, которые содержатся в наших архивах, жизненно важны для Империи, а посему мы не можем позволить времени уничтожать наши документы.