Сидни Шелдон. После полуночи

Семь?

Он нажал кнопку прослушивания.

Грейс налегла на кухонную дверь. Та легко отворилась.

«Джон, должно быть, чувствует себя здесь в безопасности. Как когда-то мы».

На земле было только два места, где они с Ленни оставляли дверь незапертой. Мадагаскар и Нантакет. Джон осквернил память о них. Отравил, как все, к чему прикасался."

"Баюкая ненависть, как ребенка, Грейс пересекла темную комнату. Здесь было очень тихо. Над ее головой висели медные кастрюли и сковороды, темные и неподвижные, как набор нелюбимых игрушек. Перед ней сверкала гигантская плита, которой, по всему видно, давно никто не пользовался. Рядом на стойке стояла новенькая, недавно купленная и уже подключенная микроволновка. Коробка от нее валялась в углу.

Интересно, пользовался ли ею уже Джон, а если да, что готовил? Она надеялась, что-нибудь вкусное. Предсмертная трапеза должна быть утешением для того, кто вот-вот станет трупом.

Внутренняя дверь кухни открывалась в маленькую кладовку с полом из тесаного камня. Оттуда можно было пробраться к лестнице. Лестница первоначально предназначалась для слуг – шла через весь дом, от подвала до чердака в западной части особняка. Грейс вынула пистолет, – это было оружие Гэвина Уильямса, но теперь она считала его своим, – и стала подниматься.

В доме стояла не просто тишина, а мертвая тишина. Грейс слышала звук собственного дыхания, шорох одежды, бульканье в водяных трубах. Всего несколько дней назад она сидела здесь в библиотеке с добродушным Йеном Биренсом, но за это время как будто произошел некий катаклизм. И дело было не только в отсутствии мебели и людей. Слуги Биренса ушли, и Джон, очевидно, тут один. Дом словно умер. Будто присутствие нового владельца выдавило из него всю жизнь и радость, как содержимое, выдутое соломинкой из яйца. Осталась лишь скорлупа.

Вдруг где-то стукнула дверь. Шум был настолько неожиданным, что Грейс едва сдержала крик.

Она почти добралась до второго этажа, но звук донесся снизу, с первого. Грейс осторожно обернулась.

На этом этаже дверь, ведущая с лестницы, открывалась в большой атриум с мраморными полами в форме пятиконечной звезды и пятью арками от пола до потолка, пройдя через которые можно было попасть в различные комнаты – например в библиотеку и кабинет, окна которых смотрели на маленький центральный двор. А вот высокие стеклянные двери столовой и гостиной открывались в сад. Грейс осторожно ступила в портик, оглядываясь, прислушиваясь, пытаясь определить, куда идти. И ощутила мягкое дыхание ветра. Двери гостиной были открыты в сад. Грейс шагнула вперед и остановилась.

Вот он.

Она увидела его со спины. Мужчина выходил в сад, все еще в пижаме и махровом халате. В одной руке кружка с кофе, в другой – книга. Выглядел он как любой турист на отдыхе.